Книга Книжный магазинчик на острове, страница 113 – Джули Питерс

— А ты как думаешь?

Мартин помедлил.

— Я думаю, ты все делаешь правильно. Решение было верным.

— Какое решение? – спросила Фрике, отпив кофе. Черный. И почему-то на вкус он был совсем другой, не как обычно. Даже не соленый – просто другой.

— Отправить тебя к нему.

Фрике обдумала эти слова. И вдруг поняла.

— Это ты написал в редакцию «КОМЕТ». То самое дурацкое письмо читателя – от тебя? Ну, что мой отец живет на Шпикероге.

Мартин сидел на стуле у письменного стола и смотрел на свои руки.

— Ты знал, что он болен.

Он молчал.

— И что он умрет. Мама тоже знала?

— Думаешь, она от тебя скрывала? Нет. – Мартин покачал головой. – Она с ним давно не общалась. Уже много лет. А вот он время от времени выходил на связь со мной. Мы общались как отец с отцом. Он тогда достойно принял твое удочерение, не стал ничего усложнять. Уте знала, что мы переписываемся, но считала, что это наше мужское дело. Она не вмешивалась. Я писал ему, посылал фотографии. Так продолжалось, пока ты не пошла в гимназию, а потом письма стали возвращаться. Со временем я сдался. Пока он сам не объявился.

Фрике уставилась в чашку с кофе.

— Это… Ничего себе. Я понятия не имела.

— Это было год назад. Он хотел приехать в Гамбург – плохо себя чувствовал. Потом позвонил еще раз и сказал, что ему, похоже, осталось недолго и последние месяцы он хочет провести на Шпикероге.

— Ты мог бы просто мне рассказать.

— Нет, не мог. Твоя мать всегда говорила, что не будет вмешиваться только при одном условии: если я не буду тебя втягивать в это. Она не хотела, чтобы ты разрывалась между двумя отцами. Про удочерение мы тебе когда-то рассказали, но она считала, что лучше, если ты будешь думать, будто после исчезновения Оле ты перестала его интересовать.

Остальное Фрике знала.

— Ты написал в «КОМЕТ» в надежде на Флориана.

— Можно и так сказать. Сработало ведь, правда? Хороший парень этот Флориан.

Она медленно кивнула. Сработало даже лучше, чем кто-либо из них мог предположить.

— Ладно, не буду тебе мешать. – Мартин встал и на выходе стащил из коробки еще одно печенье. – Твоя бабушка, кстати, тоже так читала, – сказал он.

Фрике оглядела себя. Удобные спортивные штаны, лонгслив, вязаный кардиган. Этот наряд никак не вязался с воспоминанием о хрупкой, элегантной даме, с которой она когда-то бродила по книжным.

— Правда-правда. Она бы тобой очень гордилась.

Оставшись одна, Фрике взяла телефон с тумбочки. В последние дни она почти его не включала, а если и включала, то тут же выключала – не хотела, чтобы ей мешали читать. После смерти Оле она ни разу не заходила на свою страницу в соцсети. Последняя ее запись гласила:

«Еду на остров – с тоской по дому и ворохом мыслей. Спасибо за добрые пожелания! Мне нужно время, чтобы разобраться в себе».

Она долго смотрела на эти слова. Прошло меньше двух недель, а казалось – целая жизнь. Наконец она открыла ответы на свои посты и пролистала ленту.

@BengtBrand написал:

«Если что, я рядом. Всегда».

А ведь он и правда был ей нужен все эти дни. Она только сейчас это осознала.

Фрике закуталась в одеяло и уставилась на слова Бенгта. Всегда. Значило ли это то, что ей хотелось в них прочесть? Или просто дежурные слова знакомого, может, даже хорошего друга – из тех, что легко набираешь в сети, не особо вдумываясь?