Книга Книжный магазинчик на острове, страница 120 – Джули Питерс

— Герьетс, ты скотина! – заорал он.

Тут уж Фрике не мешкала. Велосипедиста она не знала, но если тот задумал причинить Бенгту зло, у нее, по крайней мере, была бутылка шампанского и, при некотором везении, эффект неожиданности.

Она добежала до ворот буквально через несколько секунд после него и замерла. Перед ней открылась картина настолько нелепая, что она сначала проморгалась – решила, что хмельная голова играет с ней шутки.

Бенгт стоял на ступеньке своего вагончика. За его спиной, внутри, виднелась Соня – на ней, похоже, не было ничего, кроме трусиков и футболки, явно чужой, слишком большой для нее. А тип, который скакал перед вагончиком, как Румпельштильцхен^[8], по всей видимости, был тем самым Боссе, потому что он как раз орал: «Что ты тут вытворяешь с моей женой, Бенгт Герьетс?!»

— Твоя жена тут ничего не вытворяет, – сказал Бенгт. Его взгляд скользнул мимо Боссе к Фрике, застывшей в проеме ворот. Он слегка побледнел. Она медленно подошла ближе. – Как и я, если тебе интересно.

— Ну я тебе сейчас…

Боссе – а это, без сомнения, был именно Боссе, заключила Фрике, и заключила, надо сказать, весьма здраво, несмотря на легкий хмель, – швырнул велосипед в пыль и стащил Бенгта за рубашку со ступеньки. Бенгт, совершенно ошарашенный, по инерции отлетел на несколько шагов вглубь сарая, но тут же обрел равновесие и резко развернулся к Боссе. Глаза его опасно сверкнули.

Фрике двинулась к вагончику, пока мужчины кружили, осыпая друг друга бранью. Соня тем временем накинула парку.

— Мойн, – поздоровалась Фрике.

— Мойн.

— Что тут происходит? – поинтересовалась Фрике. Потому что то, на что все это походило, – полуголая Соня, Бенгт с боевым задором петуха, защищающего свою территорию, – было, мягко говоря, маловероятным.

— Да они просто цапаются. Ничего особенного, в общем-то.

Фрике окинула Соню взглядом – от босых ног до футболки, выглядывавшей из-под парки.

— Весь день ведь лило.

— Да. Я пришла сюда совершенно никакая; промокла до нитки. Бенгт поступил как джентльмен. Дал мне полотенце, я переоделась у него в вагончике, пока он вышел покурить.

Фрике удивленно подняла брови.

— Я тоже не знала, что он курит, – сказала Соня.

Фрике молча протянула ей бутылку шампанского. Соня сделала щедрый глоток.

— А что празднуем?

— Жизнь. Будущее. – Фрике забрала бутылку и тоже отпила. – Ты посмотри на них – кружат друг вокруг друга. Хоть один из них знает, что делает?

— Понятия не имею. В барных потасовках вроде замечены не были. По крайней мере, Боссе – точно нет.

— А что-нибудь изменится, если он с разбитым носом и сломанной челюстью рухнет перед тобой на колени и будет умолять вернуться?

Соня, как раз подносившая бутылку ко рту, прыснула. Брызги шампанского осели на дерущихся мужчинах.

— Ни за что на свете.

— Тогда давай сбежим отсюда. Бенгт достаточно долго продержит Боссе.

Она подхватила Соню под руку, и они вместе двинулись к дальней стене сарая. Там наверх, на сеновал, вела лестница. Судя по всему, здесь нередко ночевали – на ложе из тюков сена лежало несколько аккуратно сложенных лошадиных попон. Соня закуталась в две попоны и привалилась к Фрике.

— Когда я увидела тебя там, внизу, на секунду испугалась, что ты разозлишься. Ну, знаешь, – я полуголая, в вагончике у Бенгта, все такое.