Книга Книжный магазинчик на острове, страница 40 – Джули Питерс

— Этот птицевед весьма… чудаковатый.

Флориан радостно вздохнул, и Фрике слишком поздно сообразила, что только что подкинула ему идеальный заголовок для статьи. Заголовки, конечно, она придумывала сама, но, зная Флориана, он будет уламывать ее до тех пор, пока они не переделают его во что-нибудь вроде «Чудак-птицевед с отмелей: жизнь без сети» или подобную чушь. И она в конце концов сдастся – потому что к тому времени между ней и ее последней историей для «КОМЕТ» будет уже целый океан.

— Он сложный человек, – поспешно добавила она. – Для статьи у меня пока ничего нет, ему сначала нужно было проникнуться ко мне доверием. – Это было легким преувеличением, но сдаваться она не хотела. Хотя соблазн велик: можно сесть на ближайший паром, помочь Харальду собрать вещи, а в субботу лично проследить за вывозом мебели. Дома у нее тоже есть обязательства.

Но то, что удерживало ее на острове, сейчас казалось важнее, чем жизнь в Гамбурге. Или будущее.

— Предложение еще в силе – перебронировать рейс за ваш счет? – спросила она.

— В силе. Так что, прислать тебе Leica?

Камера даже при удачном раскладе и экспресс-доставке вряд ли доберется сюда раньше субботы.

— Поздно. Придется искать здесь. Или торговаться с ним. Где раздобыть пишущую машинку, тоже пока не представляю…

— Да ладно, справишься. Ты же у нас Фрике-импровизатор.

— Спасибо за доверие. – Она хотела, чтобы это прозвучало саркастически, но вышло и правда благодарно. – Я его, кстати, встретила.

— Отца? – Флориан даже не стал притворяться, что не понимает.

— Не прошло и часа на острове, как я столкнулась с ним у церкви.

— Сразу узнала?

— Наоборот. Это он меня узнал. Говорит, я похожа на его младшего брата.

Она задумалась – в голове мелькнула мысль, которую не так просто было ухватить. Но прежде чем она успела собраться с духом, Флориан спросил:

— Еще встретишься с ним?

— Точно нет. – Она рассмеялась – Флориан попал именно в ту точку, вокруг которой крутились ее мысли. Смех вышел слишком поспешным, чуть резковатым. Но в одном она была уверена: с отцом ее ничего не связывает, а значит, и встречаться с ним незачем.

— Жаль.

— Да, наверное, – она вздохнула. – Ладно, мне пора. Где-то же на этом острове должен найтись фотоаппарат.

По пути к выходу она заглянула на кухню. Виллем сидел за столом с усталым взглядом, кофе перед ним давно остыл.

— Мойн, – поздоровалась Фрике. Она подошла к кофеварке и налила себе чашку. – Можно?

— Конечно. – Он кивнул на свободный стул, и она села. Оба помолчали.

— Вы ведь многих знаете тут, в деревне, верно?

— Ну да. – Он почесал затылок, как-то странно глядя на Фрике.

— Нет ли среди них фотографа-любителя, который до сих пор снимает на пленку?

— Простите?

— Мне нужен фотоаппарат. Пленочный. И пленка к нему. Я тут работаю над материалом и…

— А-а-а… – Лицо его прояснилось. – А зачем вам пленочный? Разве у вас нет телефона? И вашей аппаратуры?

— Есть. Но Бенгт Герьетс не признаёт цифровую съемку. Либо я снимаю на пленку, либо он мне ничего не даст.

А этого она как профессионал допустить не могла. Статья без фотографий? Пара случайных снимков, сделанных на телефон издалека, не отвечали даже ее собственным требованиям.

— Тут и искать никого не надо. – Виллем встал и вышел из кухни. Фрике ждала в нетерпении. Когда он вернулся, в руках у него был потертый кожаный футляр, а через плечо висела такая же старая кожаная фотосумка.