Книга Сезонные страхи, страница 118 – Шеннон Макгвайр

Выходя из машины, Мелани чуть прихрамывает, Гарри чувствует себя мерзко, потому что ему приятно это видеть. Если она хромает, значит, ощущает боль, а если ощущает боль, значит, это по-прежнему его Мел. Гарри рад, что она может ходить сама, даже если ей при этом больно. Мел всегда плохо переносила вынужденную неподвижность. В том числе и поэтому болезнь была для нее таким наказанием.

Теперь Гарри знает, что эта болезнь не была предначертана ей с рождения, но является результатом действий ее отца, и жалеет, что был с ним вежлив. Не очень-то благоразумно ругаться с отцом своей девушки, но как приятно воображать это теперь задним числом.

Подзуживаемая мыслями о кофеине, Мелани топает прямиком к «Старбаксу» и останавливается возле двери, поджидая Гарри и Джек. Она кладет руку на ручку, загородив вход; оглядывается через плечо и, когда Джек и Гарри подходят ближе, с лучезарной улыбкой распахивает дверь, они окунаются в аромат кофе, сахара и сдобы. Знакомый приятный аромат. Такой же знакомый и приятный, как образ Мелани, заманивающей Гарри в «Старбакс».

Отбросив подальше мысли о коронах и коронациях, сезонах и жертвах, он заходит внутрь. Время пить кофе.

Перед прилавком почти никого нет. Очередь движется быстро, и, подойдя к кассе, донельзя радостная Мел с ослепительной улыбкой щебечет:

— Большой горячий шоколад со вкусом имбирного пряника, дополнительная порция сиропа, дополнительная порция взбитых сливок, а сверху, пожалуйста, полейте шоколадным сиропом.

Если бариста и ужаснулась тому, сколько сахара будет у Мел в чашке, она этого не показывает – принимает заказ и глазом не моргнув, даже когда Гарри весело добавляет:

— Черный кофе, большой, чтобы хватило места для сливок и сахара, и вот ей, что захочет, – он указывает на Джек.

Девчонка заказывает еще одно жуткое зелье из сиропа и сахара, хотя в ее порции все-таки есть настоящий кофе, и, словно поддразнивая Гарри, три разных печенья с витрины в придачу. Гарри расплачивается, они забирают заказы, ждут, когда он добавит сахар и сливки, а потом устраиваются за столиком возле окна. Джек тут же снимает крышечку со стаканчика и обмакивает печенье в кофе.

— Кофе – хорошо, – вздыхает она, кусая размякший краешек.

— Не уверен, что твой напиток можно считать кофе, а если в напитке Мел он вообще есть, значит, они напутали с рецептом, – спокойно замечает Гарри.

— Да мне плевать. Я не отказываюсь от своего утверждения – я права. Кофе – хорошо.

— Как скажешь.

В «Старбакс» заходят двое подростков, с виду ровесники Гарри и Мел; у девушки удивительные волосы, таких Гарри раньше никогда не видел. Длинные и белые с желто-зеленым отливом, и, если судить по ресницам и бровям, это невероятный, но естественный цвет.

При виде нее Гарри ничего не ощущает, никакой связи с Летом, но с такими волосами она просто обязана быть с ним связана. Вот уж точно летнее дитя. Гарри смотрит на Джек, вопросительно подняв брови. Та качает головой.

— Я бы не смогла определить, – отвечает она, понизив голос (они ведь в общественном месте, и здесь гораздо больше народу, чем на той стоянке для грузовиков, где они провели ночь). – Я могу определить только свой сезон. Мальчишка, который с ней, не Зима, если ты об этом. Они не ищут здесь других претендентов. Если она в одиночку охотится на Лето, да еще и приятеля прихватила, то продвинулась недалеко, и им очень повезет, если дотянут до весны, – Джек говорит как бы между делом, будто все это совершенно разумно и логично.