Книга Шеф с системой. Турнир пяти ножей, страница 2 – Тимофей Афаэль

Всеволод всё это понимал. Я видел, как он взвешивает расклад и прикидывает варианты.

Потом он усмехнулся одними губами.

— Святозар Владимирович, — произнёс князь. — Давно не виделись. Я слышал, ты поднял свой род из пепла. Рад видеть, что слухи не врут.

— Благодарю, государь. Мы стараемся.

Всеволод кивнул и снова посмотрел на меня. Взгляд его стал тяжелее.

— А ты, значит, и есть тот самый повар, — это был не вопрос. — Александр Веверин. Много о тебе слышал.

Я выдержал его взгляд.

— Надеюсь, не только плохое, государь.

Ярослав тихо хмыкнул у меня за спиной. Оболенский на крыльце дёрнул щекой, но промолчал.

Всеволод разглядывал меня так, как разглядывают породистого коня перед покупкой. Решал, что со мной делать.

Сейчас начнётся допрос прямо здесь, на площади, перед толпой зевак и гвардейцами с обеих сторон.

Этого допустить нельзя.

— Государь, — я заговорил раньше, чем он успел открыть рот. Голос мой звучал спокойно и без вызова, но и без заискивания. — На весеннем ветру дела не делают. Прошу в трактир.

Всеволод моргнул. Он не ожидал, что его перебьют.

Я повернулся к Оболенскому, который стоял на крыльце с помрачневшим лицом.

— Ревизор, распорядитесь, чтобы ваши люди погрелись у костров на стройке. Там есть навес и горячий сбитень. Пиццей мы их угостим. А мы пока накроем на стол.

Оболенский посмотрел на князя. Всеволод помедлил секунду, потом коротко кивнул.

Я не стал ждать ответа и зашагал к крыльцу. Поднялся по ступеням, прошёл мимо Всеволода, который вдруг посторонился, и толкнул дверь трактира.

Пусть думает что хочет. Это мой дом, и я здесь хозяин.

Внутри пахло тестом и жареным мясом. Работа кипела вовсю — Тимка командовал у печи, Лёшка рубил мясо широким тесаком, Федька у стойки сверялся с записями, водя пальцем по строчкам. Маша протирала столы, Сенька с Петькой таскали ящики из кладовой, толкаясь и переругиваясь на ходу. Гриша драил пол в углу, высунув язык от усердия.

При виде меня все замерли.

— Сашка! — первым заорал Сенька и бросил ящик прямо на ногу Петьке.

— Ай, дурак! — взвыл Петька, но тут же забыл про боль. — Сашка вернулся!

Через секунду меня облепили со всех сторон. Гриша бросил тряпку и повис на ноге, Маша вцепилась в руку, Сенька попытался залезть на спину. Даже Федька подошёл и молча ткнулся лбом в плечо.

— Всё, всё, хватит, — я потрепал ближайшие головы. — Живой я, видите.

Тимка протиснулся сквозь малышню.

— Сашка, тут такое творилось! Приходили какие-то, в железе, с цепями золотыми…

— Знаю, — я поднял руку, останавливая его. — Видел. Учёт подождёт, у нас гости. Освободите большой стол, накройте на четверых.

Я наклонился к Тимке и понизил голос:

— Великий Князь пожаловал. Веди себя спокойно, остальным скажи — работаем как обычно.

Тимка побледнел, но кивнул и принялся раздавать команды.

За моей спиной скрипнула дверь. Всеволод шагнул через порог, и вместе с ним вошли Оболенский и двое гвардейцев. Телохранители мгновенно заняли позиции у стен.

Гриша поднял голову, увидел вошедших и расплылся в улыбке.

— О, дядьки! Вы чего вернулись? Я же вам сказал — приходите завтра!

Он дёрнул меня за рукав.

— Саш, Саш, они недавно уже приходили! Я им сказал, что тебя нету и у нас учёт. И дверь закрыл. Правильно я сделал, да?

Я посмотрел на Гришу. Потом на Всеволода и снова на Гришу.