Книга Псих. Ты мой диагноз, страница 139 – Лисавета Челищева

Я хотела сказать, что могу пойти сама. Но посмотрела на его лицо — сосредоточенное, жесткое — и промолчала. Потому что поняла: ему было важно сделать это самому.

Клим опустил меня на постель. Наклонился, убирая волосы с моего лица, и посмотрел на меня так, что у меня перехватило дыхание.

— Не прыгай больше из окон. Хорошо?

— Ничего не обещаю.

— Тогда придется прыгнуть за тобой.

— Тебе нельзя.

— Почему?

— Кто-то из нас должен потом позаботиться о другом.

Он усмехнулся и поцеловал меня — нежно, кажется, поощряя за это легкое безумие. А потом его тело накрыло моё, и я забыла, о чём вообще думала за секунду до этого.

— Я хочу покрыть тебя поцелуями, — прохрипел он, нависая надо мной. Его рука скользнула под мою спину. — Всю. Каждый сантиметр.

Я вовремя спохватилась и остановила его. Положила ладони ему на грудь, мягко оттолкнула.

— Подожди. Тебе надо отдыхать. Ты еле стоишь на ногах.

Он хотел возразить, но я обвила его руками за талию и перевернула — он не ожидал, ослаб, и я оказалась сверху.

— Что ты…

— Тш-ш.

Я сидела на нём, чувствуя, как его тело напрягается подо мной при каждом моём движении — стоило мне слегка качнуть бёдрами, и его пальцы впивались в мою талию. Клим смотрел на меня из-под ресниц — с затаённым восхищением, смешанным с удивлением.

«Капля камень точит», — подумала я с улыбкой, медленно проводя ладонями по его груди. Женская настойчивость, желание быть сильнее, чем есть на самом деле, может сломать хребет любому мужчине. Даже такому, как он. И уже не я лежу под ним, покорно принимая его ритм, а он лежит подо мной — и смотрит на меня так, будто я единственное в этом мире, что может продлить ему жизнь.

Я провела руками по его ребрам, по животу, опускаясь всё ниже по напряжённому прессу. Он порывисто выдохнул, сжимая челюсть.

— Ты сводишь меня с ума, — процедил он.

— А ты меня уже свёл.

Я приподнялась на локтях, нависая над ним. На секунду замерла, глядя в его глаза. И медленно опустила бёдра навстречу ему, чувствуя, как он касается меня — сначала самым кончиком, заставляя нас обоих выдохнуть.

Я задержалась на мгновение, позволяя этому ощущению растянуться, стать острее. Он закусил губу, и его пальцы сжали мои бока, направляя меня. Тогда я опустилась ещё ниже — плавно, миллиметр за миллиметром, принимая его в себя, пока он не вошёл до конца. Глубоко, полностью, заполняя собой.

Мы оба замерли. Я обхватила его лицо пальцами, проводя подушечками по его шрамам. Нагнулась чуть ближе и провела губами по самому большому — на скуле.

— Боже, — выдохнул он, проводя руками по моей спине и обнимая меня.

Я начала двигаться. Медленно, раскачивая бёдрами, чувствуя, как он напрягается подо мной, как пальцы сжимают мои бёдра, а затем ягодицы.

— Быстрее, — попросил он хрипло.

— Нет, — я улыбнулась. — Тебе надо отдыхать.

Он зарычал — зло, нетерпеливо, — и перевернул меня. Снова оказался сверху, сжимая мои запястья над головой.

— И почему ты решаешь, когда мне отдыхать? — прошептал он, входя в меня резче, глубже.

— Потому что теперь я буду твоим сталкером.

Он засмеялся — коротко, отрывисто — и поцеловал меня. А потом стал двигаться во мне, быстро, жадно, ломая ритм, сбивая дыхание. Я вцепилась в его плечи ногтями, наверное, оставляя царапины на коже.