Книга Души моей палач, страница 100 – Ульяна Соболева

Не говори так, хочу сказать я.Не искушай судьбу.

Но не говорю. Потому что знаю — он сдержит слово. Потому что верю — наша история ещё не закончена.

Потому что люблю — и этого достаточно.

Мы любим друг друга до рассвета.

Не один раз — много. Снова и снова, словно навёрстываем двадцать девять потерянных ночей. Нежно и страстно, медленно и быстро, со слезами и смехом.

Когда первые лучи солнца пробиваются сквозь бумажные ширмы, мы лежим в объятиях друг друга, слишком уставшие, чтобы двигаться, слишком счастливые, чтобы спать.

— Знаешь, что я понял на войне? — спрашивает он, играя прядью моих волос.

— Что?

— Что пустота — это не отсутствие боли. Это отсутствиевсего. Радости, печали, любви, страха. Когда не чувствуешь ничего — ты не живёшь. Просто существуешь.

— А теперь?

— Теперь я живу. — Целует мой лоб. — Благодаря тебе.Радитебя.

Прижимаюсь к нему крепче.

— Я боялась, — признаюсь шёпотом. — Каждый день боялась, что придёт гонец с чёрной лентой. Что ты не вернёшься. Что я останусь одна в этом дворце, полном врагов.

— Ты не будешь одна. Никогда. Я клянусь.

— Не клянись. Просто... просто будь рядом. Столько, сколько сможешь.

— Вечность. Я буду рядом вечность.

Вечность, думаю я.Для лиса — сотни лет. Для человека — мгновение.

Но мгновение рядом с ним стоит сотни лет без него.

Засыпаем на рассвете, переплетённые так тесно, что не понять, где заканчивается он и начинаюсь я.

И мне снится сон.

Снится, что мы стоим на вершине горы, держась за руки. Под нами — весь мир: леса и реки, города и деревни, люди и лисы. И все они смотрят на нас — не с ненавистью, не со страхом.

С надеждой.

Два мира, соединённых любовью. Два народа, примирённых одной парой.

Просыпаюсь с улыбкой на губах.

Он ещё спит — впервые вижу его таким беззащитным. Лицо расслаблено, морщинки разгладились, губы чуть приоткрыты. Выглядит молодым. Выглядитсчастливым.

Таким он будет всегда, обещаю себе.Я позабочусь.

Касаюсь его щеки — и он улыбается во сне.

Чувствует меня даже сквозь грёзы.

Вот что значит любовь.

Вот что значит — быть домом друг для друга.

归来不是终点，而是新的起点；战场上的英雄，爱人怀中的赤子

Guī lái bù shì zhōng diǎn, ér shì xīn de qǐ diǎn; zhàn chǎng shàng de yīng xióng, ài rén huái zhōng de chì zǐ

«Возвращение — не конец, а новое начало; герой на поле битвы становится ребёнком в объятиях любимой»

Культурная справка:В китайской традиции возвращение воина домой считалось не менее важным, чем сама победа. Существовало понятие 衣锦还乡 (yī jǐn huán xiāng) — "вернуться в парчовых одеждах", означающее триумфальное возвращение героя. Однако древние мудрецы учили, что истинная награда воина — не слава и почести, а возможность снова стать обычным человеком: снять доспехи, обнять семью, почувствовать простые радости жизни. Конфуций говорил: 君子之于天下也，无适也，无莫也，义之与比 — "Благородный муж в отношении к Поднебесной не имеет пристрастий и не имеет предубеждений; он следует лишь долгу". Но даосы возражали: истинный путь воина — не бесконечная война, а умение найти мир внутри себя. Возвращение домой — это возвращение к своей истинной природе, к любви, которая делает нас людьми.

以身挡刃，非为舍命，乃为护心；心若已碎，生亦何益

"Принять клинок на себя — не смерти искать, а сердце защитить; если сердце разбито, зачем тогда жить"

Императорский дворец лисов, седьмой день после возвращения