Книга Эйдолон, страница 10 – Гидеон Торн

Формальное. Да уж. После просмотра в гелевой упаковке. Я нервно провела рукой по подлокотнику кресла, ощущая знакомую шершавость. Нужно было заполнить эту пугающую тишину. — Ну что ж... Арес, — начала я, чувствуя неловкость. — Расскажи... что ты умеешь? Кроме уборки и готовки из «недостаточных запасов»? — Я не смогла удержаться от легкой колкости. Адаптация же. Пусть привыкает к моему скверному характеру.

— Мои функции делятся на базовые и дополнительные, — начал он тем же ровным тоном гида. — К базовым относятся: управление домом — уборка, стирка, мелкий ремонт, контроль систем; приготовление еды с учетом твоих предпочтений и... наличия сырья; обеспечение здоровья и безопасности — напоминания, мониторинг показателей, охрана периметра; а также организация твоего расписания.

«Дом. Еда. Здоровье. Организация...» — пункты его перечня отдавались в висках тупым эхом. Отлично. Накопления ушли на продвинутого дворецкого.

— Дополнительные модули включают в себя, — продолжил он, — собеседование: дискуссии, доступ к данным, анализ; эмоциональную поддержку: слушание, поддерживающие реплики, тактильный комфорт по запросу; сопровождение вне дома; и обучение новым навыкам. Для полной интеграции последних, — добавил он с той же ровностью, — потребуется время и твоя обратная связь.

«Тактильный комфорт по запросу». Фраза заставила меня непроизвольно съежиться. Я представила себя говорящей: «Арес, тактильный комфорт, уровень три, пожалуйста». Абсурд. Мы болтали еще несколько минут — вернее, я пыталась задавать вопросы («Тебе нравится музыка?» — «У меня нет личных предпочтений, но я могу проанализировать твои вкусы и подобрать музыку, подходящую твоему текущему настроению»), а он отвечал с убийственной, безупречной логикой и полным отсутствием личного мнения. Это было похоже на разговор с очень вежливой, очень умной Википедией. Утомительно. И немного жутковато.

В гостиной было прохладно, старый дом плохо держал тепло, а я сидела в легкой домашней футболке. Постепенно, по мере того как адреналин от первой встречи стихал, я стала ощущать мелкую дрожь в плечах, мурашки на руках. Я машинально потерла ладони, стараясь не подать виду. Казалось бы, мелочь. Но его сенсоры, видимо, уловили микродвижение, изменение температуры кожи или что-то еще.

Без единого слова он встал с дивана. Подошел к спинке, где лежал скомканный вчерашний плед — тот самый, который я утром в спешке лишь сгребла в кучу. Он взял его, встряхнул с неожиданной для машины легкостью и расправил. Затем обошел мое кресло. Я напряглась, не зная, чего ожидать. Он остановился у меня за спиной.

Плед, тяжелый и мягкий, лег мне на плечи. Его руки, сильные и невероятно точные, поправили складки ткани, укрывая меня с аккуратной, но безличной тщательностью. И тогда он наклонился. Его губы оказались в сантиметре от моего уха. И его голос... он изменился. Не стал тише — он стал другим. Теплее? Глубже? С легкой, едва уловимой хрипотцой? Или мне показалось? — Так лучше? — прошептал он. — Я заметил признаки легкой дрожи от холода. Температура в комнате ниже комфортной для тебя на 1,8 градуса.

От его дыхания на мочке уха пробежали мурашки, куда более сильные, чем от холода. Волна жара хлынула в лицо. Это была забота? Или просто безупречное выполнение пункта «тактильный комфорт»? — С-спасибо, — прошептала я в ответ, и вжалась в кресло, стараясь не шевелиться под тяжестью пледа и тяжестью его... наблюдения? — Да. Лучше.