Книга Лекарь из Пустоты. Книга 3, страница 121 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

А дальше… дальше он, Станислав, возглавит род в праведной мести. И наконец-то сотрёт с лица земли этих выскочек. А заодно укрепит свою власть, став героем, мстящим за отца.

Он стоял, глядя на перепуганные лица слуг, и внутри него бушевало торжество. Война, которой так боялся старик, теперь начиналась. И начинал её он, Станислав Измайлов. Новый глава рода.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Звонок раздался глубокой ночью. Я ещё не спал и заканчивал изучать недельные отчёты по продажам эликсиров. Шёпот в это время как раз сидел в моём телефоне — тренировался как можно дольше находиться в предметах.

«Это не я!» — тут же воскликнул он, когда аппарат завибрировал.

«Знаю», — ответил я и посмотрел на экран.

Звонок в такое время — уже вряд ли хорошие новости. А когда на экране видишь номер полковника СБИ, вероятность этого стремится к нулю. Хотя, возможно, он хочет вновь попросить меня кого-то вылечить? Я бы не отказался.

— Слушаю.

— Не спите, Юрий? Это хорошо. У меня для вас новости, — голос Воронцова звучал ещё более бесстрастно, чем обычно, и я расценил это как плохой знак.

— Что-то случилось?

— Владимир Анатольевич Измайлов мёртв. Скоропостижно скончался сегодня вечером в своём кабинете. Официальная версия, которую уже распространяет его сын и новый глава рода Станислав — отравление.

— И, разумеется, в убийстве обвиняют не поваров, — предположил я.

— Разумеется. В убийстве обвиняют вас.

— Бездоказательно?

— А у них могут быть доказательства? — вопросом на вопрос ответил Юрий Михайлович.

— Если только сфабрикованные. Полагаю, вы хотите уточнить, не имею ли я к этому отношения? — невозмутимо поинтересовался я.

— Вы как всегда догадливы, барон. И учтите, что я не судья и не прокурор. Но я должен знать правду, чтобы обеспечить нужный порядок действий.

— Мне ни к чему было убивать графа, — уверенно произнёс я.

Полковник помолчал несколько секунд, а затем тяжело вздохнул. Полагаю, он и так в курсе, что это не я. Он наверняка знает о перестрелке у элеватора, и о нашей последующей встрече с уже покойным Владимиром Анатольевичем. А зачем убивать того, кто и так признал своё поражение? Я же не маньяк какой-то.

— Хорошо. Тогда слушайте: Станислав Измайлов уже приводит гвардию в боевую готовность. Мои источники доложили, что он намерен публично обвинить вас в убийстве отца, а затем официально объявить войну родов.

— Сколько у нас времени? — спросил я.

— Не больше суток. Чтобы объявить войну по всем правилам, ему нужно официально вступить в права главы рода. Оформление бумаг займёт какое-то время.

— Но это не значит, что Станислав не начнёт действовать раньше, — хмыкнул я.

— Тут вы правы, — согласился Воронцов.

Я устало протёр глаза ладонью. Война. Настоящая. Не очередная интрига, а боевые действия, на которых будут гибнуть люди.

Кто бы мог подумать, что пустяковая ссора в ресторане в итоге выльется в такое. Но Станислав оказался настолько злопамятным и безрассудным, что даже не верилось.

Интересно, кто на самом деле убил его отца? Или, возможно, тот умер по естественным причинам, а Стасик просто воспользовался возможностью?

Как знать. Впрочем, это не так уж важно. Гораздо важнее, что он уже готовит войска к наступлению.