Книга Коннемара, страница 25 – Николя Матье

Отработанным закругленным движением она огладила свой пучок и вернулась на террасу. Новый коктейль, на этот раз апероль-шприц, позволил ей оценить по достоинству серо-голубые глаза кавалера, его бицепсы – очень даже секси, и тысячи других мелочей, ускользавших от ее внимания еще десять минут назад, но теперь ставших столь притягательными. Спасибо просекко – лед был окончательно разбит.

Увы, почуяв, что ветер задул в его паруса, Манюэль проявил неосторожность и в приступе самоуверенности разоткровенничался. Тут-то Элен и узнала, что он уже в течение двух лет готовится к отборочном туру в телешоу на выживание «Ко-Ланта», о чем до сих пор благоразумно не упоминал. Трижды в неделю он совершал пробежки, тренировал задержку дыхания, занимался йогой и при любой возможности шел в спортзал в своем же доме, где в основном делал упор на кардионагрузки. В погожие дни он отправлялся покорять Вогезы, раз в месяц устраивал голодовку, готовясь к предстоящим лишениям. Элен слушала изложение этих подвигов с постепенно гаснущим интересом. Еще Манюэль сообщил ей свой индекс массы тела, максимальную аэробную скорость и сравнительные недостатки различных тренировок на выносливость. Но при прочих равных, самое главное – это правильный настрой. А в этом факторе у него сомнений не было.

На третьем бокале ситуация только усугубилась: Элен узнала сидящую на террасе женщину, с которой они когда-то учились в одном коллеже. Это была Соня Манжен, блондинка с фарфоровой кожей, в двенадцать лет потерявшая отца и уже тогда курившая. У нее было четверо братьев, один психованнее другого. Говорили, она в свое время перетрахалась со всеми из района новостроек. И вот, пожалуйста, сидит в десяти метрах, вся из себя, ухоженная, в компании здоровенного мужика в полосатой рубашке и замшевых мокасинах. Элен почувствовала на себе цепкий взгляд прищуренных голубых глаз. С этой Сони станется помахать ей и затеять разговор, в самый разгар ее тайного свидания! Эти мысли до того смутили Элен, что она почти забыла про своего будущего «последнего героя». А ему как раз пришла в голову очаровательная идея расстегнуть рубашку, чтобы показать ей тату маори. Элен пришла в себя и, вдруг вся вспыхнув, воскликнула, тараща глаза:

— Эй, что это на тебя нашло?

— А что?

— Прекрати, на нас люди смотрят…

Манюэль на секунду растерялся, бровки в недоумении сложились домиком, а потом он быстро, одной рукой застегнул рубашку.

— Да ладно, какое до них дело, – пробурчал он.

На протяжении целых пяти минут, пока он дулся, Элен не знала, что делать дальше – она посмотрела на часы, в телефон, подняла глаза к небу. Хотя бы Филипп еще не начал названивать, и то ладно.

— Пожалуй, будет лучше, если я пойду, – проговорил она.

— Нет, послушай…

Тут он стал уверять ее, что ему ужасно жаль. Что они не должны расставаться на такой ноте. Что он хочет пригласить ее поужинать – как друг, чтобы у нее осталось хорошее впечатление. Одновременно Соня Манжен начала шептаться со своим кавалером, который даже пару раз обернулся посмотреть на них. Надо было действовать быстро, чтобы избежать пугавшей ее встречи со старой подружкой.

— Ну хорошо, давай поужинаем, но быстро и что-нибудь легкое.

— Можем пойти в «Этикет».

— Я бы предпочла место потише.