Книга Дети Богов и Воинов, страница 161 – Шона Лоулес

— Встретимся у Гленмамы через семь дней, Бриан. Даю слово.

— Даю слово, что мы будем там.

Шехналл позвал свою дружину, и они помчались назад в Клон Уик Нуйш. Громоподобный стук копыт постепенно затих вдали, и наступила абсолютная тишина, которую не осмелился нарушить даже ветер.

Пока воины перешептывались о пленении Доннахи, король Бриан и его два старших сына смотрели друг на друга.

— Не знаю, – пробормотал Мурха. – Возможно.

Король Бриан цокнул языком:

— Он немало нам пообещал. Даже побольше воинов, чем я.

Мурха вздохнул:

— Это верно, и все же… возможно.

Мы двигались к Гленмаме, пока солнце не провалилось за горизонт. Воины спешно разворачивали шатры, стремясь успеть до наступления темноты. Как только поставили мой, я развела костер. Кончики пальцев замерзли так сильно, что любое прикосновение причиняло боль, и следующие десять минут я старательно заворачивалась во все имеющиеся меха и одеяла. Их тепло и жар огня постепенно согрели меня.

— Ты поела?

Я оглянулась. За моей спиной стоял Мурха, протягивающий мне яблоко и несколько кусков сыра.

Сев на корточки, он положил еду мне на колени, и меня затопила благодарность. В такую холодину совсем не хочется высовывать из-под мехов руки.

— Я принес еще кое-что, – сказал Мурха, снимая с пояса меч.

— Мне он не нужен.

— Слойне и Кива утром отправятся в Киллало, но отец потребовал, чтобы лекарь последовал за войском в Дублин, – с трудом выдавил он.

Бросив быстрый взгляд, я заметила на лице Мурхи тень стыда. Он поднес меч ближе. Клинок выглядел тоньше обычного, но остроты ему явно не занимать, а рукоять украшена позолотой. Слишком искусная вещь для кого-то вроде меня.

Я отпихнула меч.

— Я даже не знаю, как с ним обращаться.

— Мы не просим тебя участвовать в битве. Ты останешься в лагере и станешь ухаживать за ранеными.

Я вновь взглянула на острый клинок.

— Не всегда можно ампутировать…

— Я не об этом, – хмуро перебил Мурха и замялся. – Это…

— Крайняя мера?

Он кивнул.

— Если дублинцы решат сразиться за пределами городских стен и одолеют каждого воина Манстера и Мита, а потом доберутся до меня… Что же, я едва ли сумею спастись. Скорее дублинский викинг убьет этим мечом меня, чем я поражу его.

На этот раз я отпихнула меч так резко, что он лязгнул о клинки, висящие на поясе Мурхи. Принц, поколебавшись, убрал меч в ножны.

— Что же, я сомневаюсь, что дублинцы решат покинуть город.

— Тогда зачем мне твой меч?

Прежде чем ответить, Мурха подумал.

— «Вряд ли» не означает, что этого не случится. Если бы каждое событие можно было предсказать, наша жизнь бы никогда не менялась.

Он придвинулся ближе и поднес ладони к танцующим языкам пламени. Тянулись долгие минуты. Мы молчали. Мурха, замерев, глядел на огонь, словно каменная статуя. Он отвел взгляд, только когда я подложила в костер ветку. Я подивилась глубокой задумчивости, царящей на его лице.

— Скажи, – прошептал он, – готовиться к войне или поберечь людей и вернуться в Манстер? Как не нарушить ни данное слово, ни мир?

— Я не знаю.

— Ты любишь делиться своим мнением – наверняка оно есть и сейчас.

Я откусила немного сыра. Он подсох, и жевать его было больно, но по крайней мере у меня появилась возможность обдумать ответ.

— Мне не стоило ничего говорить королям. Пожалуйста, забудь обо всем, что я сказала.