Книга Дракон отдал мое место другой, страница 28 – Виолетта Вейл

— Может, просто чувствует ложь лучше людей.

— Довольно, — отрезал Кайран.

Но уже без прежней уверенности.

Эстера медленно сняла окровавленную перчатку. След от кольца на коже стал еще ярче. Я заметила, как Кайран посмотрел туда и тут же отвел глаза, будто не хотел, чтобы я видела это движение.

Слишком поздно.

Я видела уже все, что мне было нужно.

— Я устала, — сказала Эстера.

— Идите в свои покои, — ответил он.

На этот раз в его голосе была мягкость. Настоящая. И это почему-то разозлило меня сильнее, чем если бы он снова заговорил приказами.

Потому что мягкость он находил для нее. Для женщины в моей жизни. А мне оставлял либо запреты, либо раздражение.

Эстера пошла к арке. На полпути остановилась и, не оборачиваясь, сказала:

— Можете сколько угодно считать это своей победой. Но дом все равно будет привыкать ко мне.

— Дом? — ответила я. — Может быть. А вот память у него, похоже, упрямее, чем вам обещали.

Она ушла.

Мы остались с Кайраном во дворе, где холод уже начинал впиваться под одежду. Арш все еще сидел у меня на плече. Я осторожно провела пальцами по его шее, и птица тихо щелкнула клювом.

— Что с вещами из твоего гардероба? — спросил Кайран после долгой паузы.

Я не сразу поверила, что он это действительно произнес.

— Вы не знаете?

— Я спрашиваю.

— Их забрали. Пересчитали. Перенесли. Переставили. Как вам больше нравится. Впрочем, думаю, завтра часть из них окажется на женщине, которую вы так красиво посадили рядом с собой.

Он резко посмотрел на меня.

— Кто это сделал?

— Разве это уже важно? — спросила я. — Или вы вдруг решили, что подмена не должна выглядеть настолько дешево?

— Я задал вопрос.

— А я задам свой. Сколько людей в этом доме получили негласное право разбирать мою жизнь по полкам, пока вы делаете вид, что держите все под контролем?

Он ничего не ответил.

И в этом молчании снова было слишком много.

Я сняла Арша с плеча и посадила на каменный край вольера. Он не сопротивлялся.

— Вы знаете, что хуже всего? — спросила я, не глядя на Кайрана.

— Что?

— Не то, что меня пытаются заменить. Хуже то, с какой скоростью все вокруг начали вести себя так, будто я уже давно ушла. Будто вы позволили им заранее репетировать мое отсутствие.

— Я не позволял этого.

— Тогда вы очень плохо чувствуете собственный дом.

— Или кто-то действует у меня за спиной.

— Какая неожиданность, — сказала я сухо. — Я пришла к этой мысли еще вчера.

Он подошел ближе. Так близко, что я снова почувствовала это раздражающее сочетание дыма, кожи и зимнего металла.

— Элинар.

— Что?

— Я разберусь.

Я наконец повернулась к нему.

— Поздно.

— Почему?

— Потому что это уже не про вещи. Не про галереи. Даже не про кольцо. Это про то, что кто-то в этом доме уверен: вас можно обмануть, а меня — стереть. И пока вы говорите «я разберусь», они действуют так, будто уже победили.

Он смотрел мне в лицо слишком долго.

— Ты не стерта.

— Правда? Тогда почему мне приходится доказывать это каждому креслу, каждой служанке, каждой птице и каждому вашему молчанию?

На этот раз он не нашелся с ответом сразу.

Ветер прошел по двору, качнул цепи на вольере, и огнекрылы тревожно зашевелились внутри.

— Возвращайся к себе, — сказал Кайран наконец. — Я распоряжусь, чтобы больше ничего не трогали.

— Как благородно.