Книга Так сказала бабушка, страница 196 – Николай Владимирович Андреев

Романов осмотрелся. То, что он увидел, его испугало.

Прямо перед ним, широко и криво ухмыляясь, стоял Дмитрий Егорович. Справа, отрезая путь к отступлению, – хмурый Славка, слева толпа старух – баба Вера, баба Маня, Надежда Павловна и чуть позади – Борис Аркадьевич.

Степан тем временем направился к своему джипу.

— Вы чего, земляки? – прошептал Романов.

— Ничего, – кивнул в сторону сына Дмитрий Егорович. – Сейчас увидишь.

Пичужкин-младший открыл багажник джипа. Посмотрел, что там творится, переложил с места на место ведро, скомканный пакет и вынул короткоствольное ружье.

— Дмитрий Егорович, зачем? – еще тише прошептал Романов.

— Затем, что все должно быть по совести.

— По какой совести?

Степан положил ружье на пакет. Нагнулся ниже и вытащил из багажника тяжелую дорожную сумку. Взял ее в другую руку и, подойдя к Романову-старшему вплотную, поставил у ног.

Сказал:

— Это вам.

— Что это?

— Ваша доля.

— Доля?

— Да. Удивлены?

— Я не понимаю…

— Забирайте. Алмазы я нашел восемь лет назад, когда была жива ваша бабушка – Евдокия Никитишна. Она, если так можно выразиться, состояла членом нашего закрытого клуба алмазовладельцев. Правда, денег она не успела получить, но обязательства перед ней остались. – Степан ткнул носком туфли сумку. – Вот они. Я все сохранил.

Романов в ответ хотел что-то спросить, что-то сказать, но мысли, самому еще не совсем ясные, никак не хотели складываться в членораздельную речь. Обращаясь к Степану, он выдавил из себя лишь: «А почему…» – и умолк.

Степан, так, словно состояние Романова не стало для него неожиданностью, снисходительно улыбнулся. Спросил, что он хочет узнать.

— Почему я не отдал эти деньги раньше?

Романов согласно кивнул: пусть так.

— Потому что, во-первых, вы, насколько мне известно, не единственный наследник бабы Дуси. У нее еще есть внучка в Тамбове. А во-вторых, если бы не сложилась ситуация, подобная нынешней, я бы еще долго не знал, как поступить.

— А в чем проблема? – выдавил из себя Романов.

— В безопасности. Где гарантия, что вы, получив деньги, не растрезвоните о найденных мной алмазах? Поэтому я решил положиться на случай, и вот… как видите, он не подвел – представился. Так что давайте забирайте свои деньги, обещайте, что никому не расскажете об их источнике, и возвращайтесь к себе в город.

Покачав головой из стороны в сторону, Романов сказал: нет.

— Почему?

— Не могу. На них кровь деда Михея.

— Я вам еще раз повторяю, – повысил голос Степан. – Он сам убил себя!

— Нет.

Над площадью нависла тишина. Десять пар глаз были направлены на Василия Романова, и каждая из них, казалось, мысленно уговаривала взять деньги.

— Значит, нет? – переспросил Степан.

— Нет.

— Хорошо.

Подняв с земли сумку, Степан поставил ее у ног Игоря.

— Ты следующий наследник бабы Дуси. Деньги твои.

Опустив голову, Игорь молчал.

— Будешь брать?

Игорь молчал.

— Будешь?!

Игорь молчал.

— Послушайте! Мне ведь скоро надоест вас уговаривать.

— Игорек, бери! – крикнул, будто камень швырнул в него, дед Соломатин.

— Бери, идиот! – закричала баба Вера. – Не будь лохом!

Игорь повернулся лицом к отцу. По его щекам текли слезы.

— Папа, извини меня. Я не могу…

— Чего, сынок?

— Я не могу не взять их…

— Почему?

Игорь кулаком вытер мокрую щеку. Судорожно вздохнул и сказал, что мама еще не говорила ему, но он знает – слышал телефонный разговор, – что отчим собирается уходить от них.