Книга Алмаз, страница 6 – Таня Лаева

Стахыча увозят в реанимацию. Провожаю его, сама ищу пути отступления. Прибывают спецмашины для транспортировки тел. Начинается массовый вывоз живых и почивших.

И мне пора. Пользуюсь ситуацией. Ныряю в темный коридор, ведущий к одному из выходов. Натягиваю мужскую куртку. Надеваю капюшон. Пытаюсь затеряться в толпе. Опускаю лицо в пол.

«Бежать. Бежать без оглядки» – сердце бьется в горле, шею сдавливает с новой силой. Ноги подкашиваются от усталости. Рассудок мутнеет.

Даже не знаю, который сейчас час. На улице все еще темно. И это мне на руку. Ускоряю шаг. Перехожу на бег. Позади раздаются громкие шаги. Они близко.

Мчу на всех парах. Его дыхание настигает меня. Резкий поворот. Еще один шанс. Ныряю в дверь, закрываю замок. Бегу.

— ТАНЯ!

Бам! Слышу, дверь слетела с петель. Дыхание сбивается. Умираю от жажды. Сердцебиение вот-вот задушит.

— Стой!

Его пальцы хватают куртку, которая слетает на ходу. Аристов спотыкается. Слышу мат в свой адрес.

«Беги, Таня, беги!»

Еще поворот, я снова в холле, в толпе. Снесла капельницу. За спиной звон разбившегося стекла. Вылетаю на крыльцо, вижу нашу машину. Яша замечает меня. В его улыбке облегчение.

Убирает руку с руля. Машет. Меняется в лице, завидя преследователя.

— Гони! – взлетаю на сидение.

Дважды просить не пришлось, мы стартовали первые.

Дышу так оглушительно, что этот звук заполоняет голову. Лицо горит, я мокрая насквозь, легкие сейчас разорвет.

— Пить… – не голос, а скрежет.

— За сидением канистра.

Выпиваю и выливаю на себя половину. Жарко. Представляю лицо Аристова и начинаю смеяться.

— Тань, кто это такой? – мой добродушный, кудрявый Яшка не на шутку напуган.

— Это просто… – смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как нас стремительно нагоняет черный внедорожник с кенгурятником.

«Три семерки, три икса».

— Яша, приба…

Меньше минуты. И мы получаем удар в задний бампер.

Машину заносит, упираю ладони в торпеду. Поляков крепко ругается, а у меня в горле стоит немой крик о помощи, потому что знаю, кто преследует нас. Второй удар.

— Черт!

Скорую выбрасывает на встречную полосу, а затем в лес. Мы несемся по веткам, которые не успели сформироваться в стволы, пока еще сметая со своего пути все преграды. Внедорожник не отстает. Сталкер врубает дальний свет, чтобы ослепить нас. Яша щурится. Наша скорость замедляется.

Отстегиваюсь. И на одном из поворотов выпрыгиваю из машины на ходу. Лечу под гору. Сугроб смягчает приземление. Ветки хлещут по лицу. Боль растворяется в адреналине, кровь бурлит, сжигает изнутри. Прячусь в яму под выкорчеванными корнями упавшего дерева.

Выстрел.

«Яша…»

Вздрагиваю и закрываю рот рукой. Снова… снова кто-то погиб из-за меня. До руки дотрагивается невидимый призрак. Вздрагиваю.

Несколько секунд время прекращает эту неравную стремительную погоню. Я выдыхаю через рот, и сквозь сизое облако вижу, как гаснут фары обеих машин, слышу, как глушится двигатель, и наступает тишина, которая выдаст меня при любом движении. Только скрип качающихся сосен разбавляет покой зимнего леса.

— Я поймаю тебя, ягненок! – его голос дрожит от ярости.

Не дышу. Предупредительный в воздух.

Его шаги так близко. Снег будто хрустит вместе с моим черепом.

Руку ото рта не убираю.

— Я злой и страшный серый волк, я в ягнятах знаю толк! – срывается с хрипа на крик, – ТАНЯ!!!