Книга Жены убийц и их тайная жизнь, страница 73 – Элизабет Арнотт

А Стивена не было.

Марго плелась дальше, спотыкаясь, ведь и в ее крови еще действовал амфетамин. Вот она вышла из дома, приблизилась к стоявшему на подъездной аллее «Роллс-Ройсу» мужа. Возможно, Стивен спит на заднем сиденье – это у него в обычае. Помогает успокаиваться, дает время подумать – так он утверждает.

Однако и в «Роллс-Ройсе» Стивен не обнаружился. Тем не менее Марго обошла машину кругом. До чего она чистая, так и сияет. Будто специально вымыта буквально сегодня, еще до зари. В висках стучала кровь. Марго срочно требовались кофе и тайленол. И она хотела уже возвращаться в дом, но вдруг нечто на дорожке, возле задних колес, привлекло ее внимание. Марго шагнула ближе, наклонилась; дух у нее занялся. На земле виднелось бурое пятно в форме следа мужской туфли, и Марго догадалась: это кровь. Ее затошнило. Неужели со Стивеном что-то случилось? Или… не может быть. Марго мысленно одернула себя. И что это ей мерещится? Полнейшая дичь. Однако «дичь» заставила ее пойти в спальню, открыть платяной шкаф, взять ботинок с полки, где стояла многочисленная обувь Стивена. С этим ботинком Марго бросилась к «Роллс-Ройсу». Села на корточки, сличила размеры. Оглянулась на дом, припомнила все ночи, когда Стивен, внезапно поднявшись с постели, говорил, что пойдет спать в машину. Перевела взгляд на кровавый отпечаток – и на ботинок Стивена, идеально с ним совпадающий.

Марго не задерживается на месте трагедии с китайской вазой. Минует бассейн, ощущая голыми предплечьями приятный жар от факелов. Композиция «Роллинг Стоунз» кончилась, теперь слышен голос Шер.

«Пиф-паф…»

Прилипчивые строчки наполняют ночной воздух.

«Пиф-паф…»

Несколько мужчин (Марго видела их фотографии в «Билборде»^[54]) толпятся у бассейна. Рубашки поснимали, хлещут пиво; а брюки на них такие тесные, что кажется, будто их нарисовали краской из баллончика.

«Пиф-паф…»

При появлении Марго компания улюлюкает.

Марго отвечает ослепительной улыбкой, но вдруг понимает: глядят не на нее, а на нечто, находящееся в воде.

Она останавливается, напрягает глаза. Сначала раздается всплеск, произведенный хвостом, одетым в броню. Затем подсветка выхватывает коренастое крокодилье тело. Только теперь Марго заметила поводок, конец которого намотал себе на запястье один из членов компании. Другой конец прикреплен к ошейнику. Бедняга, думает Марго о крокодиле. Слишком он покорный: это неспроста. Чем, интересно, опоили его эти типы?

Двери особняка стоят нараспашку.

«Мой милый свалил, свалил меня выстрелом…»^[55]

Марго проскальзывает внутрь.

Неоновая вывеска над дверью бара ослепляет поистине ярмарочной яркостью – и дезориентирует: внутри бар освещен до того скудно, что Элси и Пэтти, войдя, некоторое время ждут, пока глаза привыкнут к полумраку.

Пэтти известно, где детективы накачиваются спиртным. Недаром же она столько времени работала в «Таймс»: у тамошних репортеров в обычае торчать допоздна в неопрятных питейных заведениях и, не забывая про себя, проставлять виски и прочее полицейским, свободным от дежурства, выуживать у них подробности расследований.

Элси обводит помещение оценивающим взглядом. Лампы зеленого стекла на цепях подвешены низко, над самыми столиками. Кабинки, расположенные так, чтобы обеспечить приватность, меблированы потертыми кожаными диванами горчичного оттенка. Мужчины, ослабив галстуки, вяло гоняют бильярдные шары.