Книга Арахнид, страница 80 – И. В. Офелия

Даже когда она затихла, я не мог заставить себя пошевелиться. Мы застыли во времени и ужасе, в этом хрупком моменте, что был почти отнят у нас.

Вопреки желанию Алины, пусть и невысказанному, я направился к ее Гнезду.

Я усадил ее в седло перед собой. Даже держа Алину в своих руках, я чувствовал незнакомую тяжесть. Никогда еще она не была такой безвольной, такой податливой.

Когда я приблизился к дому на холме, на крыльце уже маячили нетерпеливые силуэты, и все они замерли, следя за моим медленным приближением.

Первой в лунный свет шагнула Фиби, за ней – несколько других женщин, мне незнакомых. Я поднял руку, хотя был уверен, что у каждой из них найдутся возражения.

Спрыгнув с коня, я подхватил Алину на руки. Две женщины увели лошадь, а Фиби решительно подошла ко мне. Поравнявшись, она ударила меня тыльной стороной ладони по лицу, и одно из ее колец рассекло мне щеку жгучей болью.

Я вздрогнул и повернулся к ней. Ее грудь тяжело вздымалась, будто она собиралась либо закричать на меня, либо разрыдаться.

— Ненавидь меня сколько хочешь, но я ее не трогал. – Я переложил Алину в руках так, чтобы ее голова удобно легла мне на плечо.

— Заноси ее внутрь, первая комната на втором этаже.– Фиби бросила взгляд через плечо на девушек, нервно обкусывая кожу вокруг ногтя.– Быстрее, прошу.

Я повиновался, стараясь сохранять уважение к их владениям.

Пока я поднимался по лестнице, другие девушки украдкой поглядывали на меня, перешептываясь между собой, притворяясь, будто не испуганы и не снедаемы болезненным любопытством.

Комната, куда меня привела Фиби, была безликой и холодной. Я не ждал роскоши, но, похоже, Алина стремилась жить настолько скромно, насколько возможно. Ей бы не помешало добавить немного цвета в убранство.

Я уложил ее на кровать, откинув одеяло, прежде чем укутать. Алина выглядела так, будто ее ничто не тревожило, словно все это время она находилась в глубоком сне. Я опустился на колени у постели, вынул шпильки из ее волос и распустил их, чтобы во сне она себе не навредила.

— Она была в лаборатории? – раздался голос Фиби из дверного проема. Она грызла ногти.

Я кивнул.

— Лежала на полу. Рядом только шприц и бутылка. – Я отказался отводить взгляд от моей дорогой, ужасающей женщины. – Ты знаешь, что она принимала?

Фиби тяжело вздохнула.

— Яд.

Я уставился на Фиби.

— Что ты сказала?

Она скрестила руки на груди, смотря на меня с негодованием.

— Я сказала – яд. Яд вайпера.

— И ты знала? – Я медленно поднялся, и гнев, кипевший во мне, грозил вот-вот вырваться наружу.

— Да, но было уже слишком поздно. Боюсь, я сама потворствовала ей. – Голос Фиби стал тише прежнего. – Пойдем, пусть она поспит.

Я кивнул, бросив последний взгляд на Алину, прежде чем последовать за сестрой из комнаты.

Когда мы спустились, разговоры оборвались почти мгновенно, как только я ступил на нижний этаж. Расстояние от лестницы до входной двери было коротким, но тягостная тишина растянула его. Сложно было понять, это неприветливое молчание или просто скорбная тишина.

Мы вышли на крыльцо, где Фиби присела на скамью и похлопала по месту рядом.

Я сел и уставился в ночь. Перед нами открывался вид на проселочную дорогу и лес по другую сторону. Дом стоял на небольшом холме, поэтому мы могли видеть и небо, и то, как дорога петляла вниз, теряясь в темноте.