Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 299 – Ксения Соболева

— Осторожнее, Арденн.

— Я сегодня пришёл именно для осторожности. Чтобы все слова были сказаны до того, как Совет совершит ошибку.

Маэрс тихо произнёс:

— Какую именно?

Сайра Венн развернула лист.

— Совет крови принимает предварительное решение о передаче Лианы Вейр под временную опеку дома Роан до окончания проверки спорной крови. Брачный договор с лордом Дарианом Роаном будет подготовлен как форма закрепления опеки и может быть заключён после ритуальной оценки согласия.

— Моего согласия? — спросила я.

— Оценки вашей способности к согласию, — уточнила Сайра.

Вот так. Если моё «нет» мешает, нужно объявить, что надо сначала оценить, умею ли я говорить «нет» правильно. Морвэйны строили печати на согласии, Совет крови — на экспертизе согласия теми, кто уже решил результат.

Я почувствовала, как под ребром вспыхивает знак. Тёмно-алый жар поднялся к горлу. В зале огни чуть дрогнули.

Каэль сделал шаг вперёд.

— Как ректор Академии драконьей крови я заявляю возражение против передачи учащейся под опеку дома, связанного с текущим расследованием.

Сайра Венн даже не посмотрела на него сразу.

— Ваше возражение будет приложено. Как ректор вы не вправе блокировать решение Совета о спорной крови.

— Знаю.

Одно слово.

Очень тихое.

Но что-то в нём изменило воздух.

Каэль снял с запястья ледяной обруч главы дома и положил его на край центрального стола. Серебряный металл ударил о камень негромко, но звук прошёл по залу, как трещина по льду.

— Поэтому я говорю не как ректор.

Гравен медленно выпрямился у двери. Лиор рядом со мной замерла. Сайра Венн наконец повернулась к Каэлю полностью.

— Арденн, — произнесла она.

— Я, Каэль Арденн, глава действующей старшей ветви дома Арденн, хранителей северной печати и временных держателей академического узла после падения Морвэйнов, заявляю: Лиана Вейр уже находится под защитой дома Арденн.

Тишина стала такой, что даже пламя в чашах казалось нарисованным.

Я не сразу поняла, что произошло. Точнее, поняла умом, но не успела принять телом. Под защитой дома Арденн. Не академии. Не ректора. Дома. Это было не учебное сопровождение, не лекарская мера, не комиссия, не временное ограничение. Это был родовой ход. Каэль только что вывел меня из поля, где Совет мог передать меня Роанам как бесхозную спорную кровь. Но ценой этого он сделал себя и свой дом прямой стороной конфликта.

И, конечно, этим открыл новую пропасть под нами обоими.

Леди Кальт вскочила первой.

— На каком основании?

Каэль посмотрел на неё холодно.

— На основании кровного взаимодействия, подтверждённого нижними печатями, совместного открытия аварийной секции Морвэйнов, защиты жизни носительницы седьмой строки от нападения с использованием внешних амулетов и права дома Арденн как временного хранителя печатей предложить щит до решения вопроса о возвращении законного держателя.

— Это захват спорной крови! — резко сказал Адриан Роан.

— Нет, — ответил Каэль. — Это отказ позволить дому, замешанному в заманивании Лианы Вейр в Северную башню, назвать захват брачным договором.

Дариан Роан больше не улыбался.

— Вы переходите личную границу, Арденн.

— Нет. Личную границу вы попытались перейти, когда решили, что женщина, сказавшая «нет», нуждается в оценке способности к согласию.

Я смотрела на Каэля и чувствовала, как внутри одновременно поднимаются две волны. Первая — облегчение, такое острое, что почти больно. Он встал. Не спрятался за должностью, не ограничился возражением, не сказал, что нужно время, не позволил Совету увести меня в бумажный брак с Роаном. Вторая — страх. Потому что слово «защита» всё равно было опасным. Даже из его уст. Даже сейчас. Даже когда он использовал его против врагов. Дом Арденн тоже был домом, который держал печати Морвэйнов. Домом, чья старая метка была на камере Мариэль. Домом, чей глава когда-то стоял в коридоре, пока детей уводили на стабилизацию. Я не могла просто выдохнуть и спрятаться под его щитом, как под тёплым плащом. Щиты тоже становятся клетками, если их долго не проверять.