Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 297 – Ксения Соболева

— Я иду.

— Разумеется.

— И Гравен.

— Успеете?

Эйран тихо сказал:

— Мастер уже в зале. Ректор приказал позвать его раньше.

Каэль знал. И готовился.

Я вдруг почувствовала странное спокойствие. Не уверенность. Нет. Но тот вид спокойствия, который приходит, когда удар уже нанесён и больше не нужно гадать, откуда он прилетит.

— Где моя маска? — спросила я.

Лиор нахмурилась.

— Какая?

— Красная. Треснувшая.

— Зачем?

— Они хотят обсуждать меня как спорную кровь после Ночи красных масок. Пусть смотрят на то, что не смогли увести.

Лиор несколько секунд смотрела на меня. Потом молча достала маску из ящика, куда вчера сама её положила после осмотра. Треснувший край был закреплён тонкой нитью, но трещина осталась видна. Я не надела маску на лицо. Взяла в руку.

— Пойдём, — сказала я.

Зал печатей снова был полон.

Я уже начинала ненавидеть этот зал как место, где люди с гербами собираются решать, насколько я человек. В центре горели шесть родовых чаш. Седьмая ниша по-прежнему оставалась без серой ткани — после нашего спуска Каэль так и не позволил её закрыть. Это бесило Совет, и меня почти радовало. Пустота стала видимой. Иногда видимая пустота опаснее готового герба.

Совет крови сидел слева. Сайра Венн, Маэрс, ещё двое представителей, секретарь с футляром. Дом Роан — справа: Адриан Роан, леди Кальт и мужчина, которого я сразу узнала как Дариана, хотя раньше никогда не видела. Он стоял чуть позади, высокий, светловолосый, красивый той тяжёлой алой красотой, которая у Эвелины была ещё юношески острой, а у него стала взрослой и хищной. На лице — маска вежливости. В глазах — скучающая оценка. Не похоть даже. Хуже. Инвентаризация. Он смотрел на меня так, как смотрят на редкую вещь, которую уже почти купили и теперь проверяют на повреждения.

У меня возникло почти непреодолимое желание разбить треснувшую маску о его лицо.

Каэль стоял не в кресле председателя. Это я заметила сразу. Он не сидел в центре как ректор. Он стоял справа от пустой седьмой ниши, в чёрном мундире, с серебряной печатью Арденнов у горла. Ректорская цепь на нём была, но поверх неё — родовой знак главы дома: узкий ледяной обруч на запястье, который я раньше видела только на старых портретах. Значит, он уже сделал выбор хотя бы частично. В зал пришёл не только ректор.

Гравен стоял у двери. Лиор заняла место рядом со мной сразу, даже не ожидая разрешения. Дейн была у столика с кристаллами. Сорн — бледная, но присутствующая. Тарена, конечно, не было. Официально. Неофициально я заметила у стены помощника с папками, который слишком старательно не поднимал головы.

Сайра Венн начала мягко:

— Кадетка Вейр, Совет крови вынужден рассмотреть вопрос вашего временного статуса после проявления в ночь Красных масок и попытки несанкционированного вмешательства третьих лиц.

— Попытки похищения, — сказала я.

Она едва заметно улыбнулась.

— Формулировка будет уточнена.

— Уточняйте быстрее. Меня пытались увести силой.

— Именно поэтому Совет считает ваше положение небезопасным в рамках прежнего учебного статуса.

— Моё положение небезопасно из-за людей Совета, которых вы потом забираете на внешнюю сверку.

В зале стало тише.

Маэрс поднял бровь.

— Варрен не является официальным представителем Совета при академии.

— Очень удобно. Он пользовался вашим знаком, вашими серыми амулетами и холодным дымом, который уже встречался в следах Северной башни. Но, разумеется, как только его поймали, он стал частным любителем маскарадных похищений.