Книга Развод с генералом. Месяц под его командованием, страница 86 – Виолетта Весна

Техник кивнул.

— Работаю с образом носителя. Оригинал только читается.

— Это войдет в протокол, — добавила она.

— Уже внесено, — сказал юрист.

Я смотрела на названия файлов.

VM.

Веста Милорадова.

Даже в этих двух буквах чувствовалась ее сдержанность. Не «мои показания», не «правда», не «доказательство». Просто note_VM. Заметка, которую она оставила на случай, если снова не успеет сказать.

— Сначала заметка, — сказала я.

Мирослав повернул голову.

— Почему?

— Потому что это ее носитель. И если она оставила пояснение, сначала нужно понять, что она хотела сказать.

Никто не возразил.

Техник открыл файл.

На экране появился простой текст без оформления.

«Если эта копия открыта без моего присутствия, значит, меня либо остановили, либо я снова не смогла договорить.

П-17 — операция на старой пристани. Официально: несчастный случай, ошибка крепления, смерть Ждана Т. С. Неофициально: блок мониторинга "НордСкан" отключился до обрушения секции. Отключение было зафиксировано, но потом журнал заменили.

Я видела первый журнал. Видела второй акт. Первый исчез.

Копия ниже неполная. Я сохранила то, что успела. В акте обратите внимание на страницу 3 и подпись согласования замены оборудования. Я не утверждаю, что человек знал о смерти заранее. Но он подписал приемку оборудования, которое потом назвали исправным.

Если документ попадет к Долгову, он исчезнет или станет недействительным.

В. Милорадова».

Текст закончился.

Я поняла, что сжимаю ладони только когда ногти впились в кожу.

— Страница 3, — тихо сказала Рената.

Техник открыл скан акта.

На экране появился документ: серые поля, следы старого копирования, часть текста смазана. Вверху — номер операции, дата, место: старая пристань северного грузового сектора. Далее — перечень оборудования, отметки об осмотре, ответственные лица.

Мирослав подошел ближе к экрану.

Не слишком. На шаг.

Но я увидела, как изменилось его лицо. Он узнал форму документа. Возможно, дату. Возможно, фамилии.

— Ты видел этот акт раньше? — спросила я.

— Видел итоговый.

— Этот?

— Нет.

— Чем отличается?

— Сейчас увидим.

Техник пролистнул первую страницу. Вторую.

На третьей странице стояла таблица приема оборудования после сервисной замены. Строка «блок мониторинга БМ-4С». Подрядчик — ООО «НордСкан». Статус — заменен до эксплуатационного выхода. Осмотр — визуальный, без полного теста. Основание — срочная подготовка к операции.

Ниже шли подписи.

Исполнитель подрядчика: Нарбут С. О.

Я подняла глаза.

— Нарбут сам подписывал?

— Для ключевых объектов — мог, — сказал Мирослав.

Следующая подпись была от службы снабжения.

Потом — внутренняя безопасность.

А. Н. Долгов.

Я уже не удивилась.

Но ниже стояла еще одна подпись.

Согласовано начальником объекта.

М. А. Тарновский.

В комнате как будто пропал воздух.

Я прочитала строку снова. Потом еще раз.

М. А. Тарновский.

Подпись была похожа на его. Очень похожа.

Слишком похожа.

Я не повернулась сразу. Не хотела видеть его лицо. Боялась увидеть там то, что разобьет последние тонкие различия между виной и преступлением.

Рената первой нарушила тишину:

— Мирослав Аркадьевич?

Он не ответил.

Я все-таки посмотрела.

Он стоял неподвижно и смотрел на экран так, будто удар пришел не снаружи, а изнутри. Лицо оставалось строгим, но цвет ушел. Серые глаза стали почти темными.