Книга Птицы Великого леса, страница 103 – Ульяна Черкасова

Ростислав выглянул из-за её плеча.

— И что у тебя с ним?

— Ничего!

— А чего ты так краснеешь?

— Я не краснею, – насупилась Дара. – Просто… он мой друг. В Заречье у меня не много друзей было, он единственный… Стрела, раз Богдан в твоём подчинении, сделай одолжение, отправь его подальше, назад домой.

— Чего? Я князю людей привёл в ополчение. Каждый боец на счету.

— Но тебе наверняка нужен гонец?

— Гонец у меня есть.

— Так замени его Богданом.

Ростислав нахмурился.

— Он дорог мне, и я боюсь, как бы с ним что не случилось. Он сын кузнеца, а не дружинник.

— В ополчении дружинников мало, многие учатся сражаться.

— Ростислав, – Дара посмотрела на него жалобно и сама подивилась, что так умела. Верно, этим хитростям у Веси научилась. – Отправь его обратно к нам в Заречье. Пусть попросит благословения у моей мачехи на ваш с Весей брак.

— А чего только у мачехи?

— Наш отец мёртв, – Дара призналась так удивительно легко, что сама не поверила. – Но Весе я об этом не говорю. Он умер почти сразу, как она из дома сбежала. Она будет корить себя.

Стрела нахмурился.

— Она всё равно однажды узнает, хуже только будет.

— С нами и без того много дурного случилось, к чему ещё и это? Веся любила отца, он ей… роднее, наверное, был, чем мне. А так она верит, что дома всё хорошо. Ростислав, – имя Стрелы по-прежнему звучало непривычно, – прошу, пошли Богдана домой. Пусть он принесёт вести от родных.

— Ну что, давай, давай, – Стрела впихнул кружку Даре в руки. – Есть что праздновать.

Дара неуверенно отпила. Пахло горьким мёдом, травами, зноем – летом, такого вкуса она ни разу не пробовала.

— Где ты только достала? В городе погром, говорят, амбары сторожат, а тут медовуха.

— На княжеской кухне никогда пусто не бывает, – весело сказала Третьяна. – Ваша подруга Горица меня угостила.

Веся поправила скатерть на столе, и только теперь Дара заметила, как преобразилась изба. Сестра разложила расшитую скатерть, развесила наличники с оберегами над дверью и у полатей, и вроде бы не было ни новых вещей, ни особых изменений, но задышалось в избе по-новому, она стала обжитой и даже немного своей.

— Садитесь, готово уже всё.

Сестра подняла крышку горшка, и по избе пошёл рыбный запах.

— А рыбу ты где достал? – не веря своему счастью, Дара во все глаза уставилась на Стрелу.

Но он оказался на этот раз ни при чём.

— А это я, – просияла Веся, раскладывая деревянные ложки на всех четверых. – Наш сосед поймал утром и обменял на несколько яиц. Рыбка маленькая совсем, но навар хороший вышел. Садитесь к столу. Третьяна, не стесняйся, что ты стоишь в стороне? – она улыбнулась ей тепло, положила руку девушке на спину и подвела к столу. – Это мы у тебя в гостях, а не наоборот.

— Князь, видимо, иначе думает, – потупив глаза, сказала служанка. – Раз держит меня во дворце.

— Я поговорю с ним, – вырвалось у Дары раньше, чем она успела подумать. – Лучше, если ты будешь подальше от княгини.

— Да уж, вряд ли Здебора так просто успокоится, – хмыкнул Ростислав, первым садясь за стол. – А это… мисок на всех не хватит?

— В семье принято из общего горшка есть. Чего стесняться?

Стрела хотел возразить, но встретился взглядом с невестой и послушно взял в руку ложку.

— Ну что?! – заревел голос, и дверь в избу распахнулась. – Без меня всё уже съели? А я вам вон что принёс.