Книга Птицы Великого леса, страница 108 – Ульяна Черкасова

— На, выпей, – велел Ярополк и поднёс чарку к её губам.

Дара выпила, не возражая, и закашлялась, когда водка обожгла горло. Ярополк засмеялся низко, трескуче, как огонь в печи.

Она помнила, что стоило держаться подальше от Снежного князя, но забыла, почему. Её руки в руках Ярополка казались совсем маленькими, хрупкими, слабыми. Даре было странно и страшно рядом с ним. Крохотная птица в лапах волка. Она такой раньше не была, но рядом с князем растеряла всю силу, весь огонь.

Ставни задрожали под напором ветра, снова занималась метель.

— Можно я останусь у тебя?

— Сейчас ночь.

Дара прикусила губу, боясь следующих слов. Ярополк провёл шершавым пальцем от её виска к губам, припухшим от укусов, горьким от медовухи и водки.

— Оставайся.

Ратиславия, Лисецк

Месяц лютый

Это было похоже на пожар, что разгорелся от одной искры. Дара почти ослепла, так жарко пылал огонь в груди. Незрячая, она могла лишь слышать рваные вздохи и сама касаться обжигающе горячей кожи, хвататься в исступлении за широкие плечи и сильные руки.

И после, когда всё закончилось, она долго лежала, поражённая, обессиленная и одновременно переполненная живой бурлящей силой. Тело ломило от истомы и позабытого будоражащего ощущения расплавленного золота в крови. Огонь вернулся к ней.

Как просто всё получилось.

Дара засмеялась, совсем позабыв, что она не одна.

— Что такое?

Она повернула голову, поймала на себе взгляд Ярополка и захихикала ещё веселее, зажала рот рукой, пытаясь сдержать рвущийся смех.

Ярополк удивлённо повёл бровью, разглядывая её.

— Я просто счастлива.

— Вот как? – усмехнулся он.

— Угу, – она почувствовала, как горели щёки.

От смущения ли? Или от жара в груди? От жизни, наполнившей всё её существо? Давно Дара не ощущала себя столь живой, такой… полной. Даже мир заиграл ярче, громче.

Точно она и не жила всё это время, а наблюдала за остальными сквозь мутный слой речного льда, и наконец разбила его, глотнула свежего воздуха.

В глазах Ярополка плескалось веселье, с каким обычно смотрят на забавного котёнка. Он хмыкнул тихо каким-то своим мыслям, присел на постели, и Дара увидела чёрные рисунки на его теле. Не раздумывая, она потянулась следом, желая разглядеть их ближе.

Знак медведя – под левой лопаткой, знак Константина-каменолома на правом плече. Ветви всемирного древа, что обвивали шею. Всего этого под богатой княжеской одеждой было не разглядеть.

Ярополк обернулся, поймал её внимательный взгляд.

— Изучаешь?

— Такие обычно скренорцы носят, – растерянно пробормотала Дара. Кончиками пальцев она коснулась рисунков на коже, отдёрнула руку и принялась перебирать свои распущенные волосы, чтобы отвлечься.

Взгляд князя был внимательным, он точно заглядывал в самую душу, и Дара натянула повыше простыню, пряча обнажённое тело.

— Будешь вино?

Он поднялся, ничуть не стесняясь своей наготы, а Дара отвела взгляд. Чудно и глупо. На Милоша она смотрела без страха, напротив, откровенно, с наслаждением разглядывала его стройное тело, длинные ноги, выпирающие ключицы, запоминала все родинки на бледной коже.

Ярополк был сложён иначе. Поджарый, мощный, смуглый. Дара терялась рядом с ним и смущалась, как невинная девица.

А он, как назло, выставлял своё тело перед ней напоказ без всякого стыда.