Книга Вторая жизнь барышни Софьи продолжается, страница 77 – Нинель Мягкова

Однако прямо сейчас меня больше тревожило не здоровье Розалии, а ее брачные перспективы. Отдавать ее под воздействие мужских чар Анджея нельзя категорически!

Опозорит еще прямо на балу, и что потом?

Я вновь обежала взглядом зал.

Вот где носит этого Сташевского, когда он нужен? Не от меня отгонять кавалера, так хоть рядом постоять для солидности. Потому что в одиночку я с наглостью Каменецкого не совладаю, а поддержки со стороны старшей госпожи Воронцовской не дождаться. Ее, поди, мелочи вроде карточных долгов не смутят, а от легкомысленного блуждания по чужим спальням Анджея мигом отучат люди патриарха. Так что воспитать из Каменецкого идеального жениха семейство Воронцовских вполне в состоянии.

Другой вопрос — зачем Розалии такое счастье? Следить за мужем всю жизнь, как бы за чужой юбкой не повелся… Девушка она хорошая и заслуживает того, кто на руках ее станет носить, а не вот это все.

— Заняты ее танцы, — откуда-то со стороны веранды, подбоченясь, вывернула Люда.

Она и сама по себе грозна, а уж если почует угрозу близким — и вовсе держись кто может. Сейчас она явно догадалась по моему лицу, что приятного вида молодой человек — настоящая проблема, и быстренько ее решит.

— Все заняты, под маковку. Кавалеров достойных хоть отбавляй, в очередь выстраиваются.

— И кто же, позвольте спросить? — криво усмехнулся Анджей, выдавая свою подлую натуру.

Наверняка заранее справки навел. И про меня все вызнал — доход годовой, состояние здоровья папеньки, наличие иных наследников, а про Розалию и ее проблемы с ухажерами только глухой не в курсе.

— А хоть бы и они! — гордо вскинула подбородок Люда.

Оказалось, на подмогу она явилась не одна. Тришуотправила привести Сташевского, а за компанию с ним, разумеется, увязался и Радецкий.

— Всего двое? Негусто. И точно недостаточно, чтобы занять всю бальную карточку, — продолжал глумиться Анджей. — Вы что, подряд по три занимали?

Вот же негодяй! Два или более приглашения от одного кавалера означало пристальное внимание оного, за которым обычно следовало предложение руки и сердца. Без далеко идущих планов ни одна вменяемая барышня подобных ошибок не совершала.

— К сожалению, танцевать подолгу мне не позволяет состояние здоровья, — до Розалии наконец дошло, что ее пытаются активно спасти, и она сообразила подыграть. Побледнеть по заказу не получилось, пришлось пошатнуться и приложить ладонь ко лбу. — От музыки у меня начинаются страшные мигрени! Так что более двух вальсов я, к сожалению, сегодня вряд ли сумею подарить.

Здоровье девушки прежде всего. Настаивать в такой ситуации будет только полный идиот или хам. Каменецкийосознал, что продул в этой партии, скрипнул зубами и, коротко поклонившись, отправился в зал. Вероятно, на поиски подходящей жертвы.

Вряд ли мы у него с Розалией одни в списке. После моего отказа он должен был подготовиться получше.

— Благодарю, что вступились за мою честь, — пролепетала барышня Воронцовская, в то время как я выпалила:

— И где вас носило?

Куда менее нежным тоном, но тоже обращаясь к Сташевскому.

Тот на мгновение опешил, переводя взгляд с меня на подругу, не уверенный, кому отвечать. Наконец отвесил умеренный поклон Розалии и буркнул в мою сторону:

— Вы же тоже организатор. Неужели не позаботились о том, чтобы позвать только добропорядочных гостей?