Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 171 – Лин Няннян

— Направо.

Так прошло еще несколько несчетных часов.

Лишь короткое перемирие внезапно вывело их к нужной тропе – точно чары спали с горы.

Выйдя из чащи, казалось бы, той же дорогой, которая их сюда завела, оба увидели деревню побольше. Жители пугливо шарахались от заблудившихся путников, но оно и понятно: у одного пыль на плечах, словно он не раз скатывался в овраг, у другого – ветки и листья в волосах, будто маленькая птица свила гнездо.

Стараясь выговаривать каждый слог, У Чан обратился к первому старику, что попался на глаза и не убежал:

— Сичжун?

Пожилой мужчина прожевал беззубым ртом какой-то звук и указал кривой тростью в сторону знакомой горы.

Мэн Чао рухнул на дорогу и схватился за голову, увидев ее очертания. Оказывается, местный диалект был настолько далек от южного, на котором говорили наследники клана Ба, что слова «обход», «объезд» и «обвал» ничем не отличались.

Старик бормотал, причмокивал и внезапно рассвирепел. Для пожилого он очень бойко начал размахивать тростью. Та со свистом пролетела мимо макушки Мэн Чао. Как раз кстати из дома неподалеку выбежала юная особа.

У Чан было обрадовался: вероятно, она точно поймет их. Однако девушка также ни слова не могла разобрать.

Помучавшись с местными, теперь и наследник схватился за голову: во-первых, куда-то далеко они забрели; а во-вторых, почему здесь все говорят на диалекте, который давно должен был кануть в небытие? Западный народ ведь двести лет как живет под правлением южан.

Хорошо, что долго думать об этом не пришлось. Заметив измотанный вид путников, девушка сжалилась и указала на маленький сарай. Выглядел он внутри куда страшнее, чем снаружи. Балки под крышей трещали от каждого дуновения ветра. По стенам шуршали лапками мелкие насекомые. По правде говоря, оба были готовы согласиться и на такое, чем это хуже каменистых троп? Однако Мэн Чао, едва переступив порог, вылетел на улицу.

— Я не устал, – взвизгнул он, наспех натягивая сапог обратно.

У Чан перевел взгляд на то самое место, где только что стоял Мэн Чао, и увидел крохотного паучка, покачивающегося на тонкой паутинке. Во внутреннем кармане наследника тихо захохотали.

Так оба вернулись на гору.

Спустя пару часов блужданий У Чан рухнул в траву, не чувствуя ног.

— Устроим привал здесь, – швырнув сверток и цзянь перед собой, хрипло заключил он.

Мэн Чао все это время волочился позади и сейчас ожидаемо прошел мимо, не удостоив наследника взглядом. Его шатающийся, вымотанный силуэт двинулся было дальше, но замер. Вернувшись на пару шагов, Мэн Чао с явным осуждением наклонился, чтобы подобрать с земли врученный им артефакт. У Чан перехватил его за руку:

— Нет смысла продолжать путь. Посмотри на небо – даже звезд не видно.

Лесная чаща плотно обступила их, и из ее темноты постоянно доносились звуки, от которых у простых смертных волосы на затылке вставали бы дыбом.

Согласившись дождаться рассвета, Мэн Чао принялся разжигать костер. Вскоре сухие ветки сложились домиком, что-то сверкнуло в ночи, и на поляне вспыхнул маленький огонек. Так быстро, словно Мэн Чао делал это не впервой.

У Чан тем временем достал парочку маньтоу, которые прихватил по дороге. К сожалению, это была их единственная еда, но и та успела утратить аппетитный вид. Скупым движением наследник положил одну булочку у костра, а сам уселся напротив.