Книга Война после победы, страница 35 – Александр Тамоников

Но третий случай был уже не совпадением. Решив провести контрольную проверку, Максим резко нырнул в подворотню на Тильзитерштрассе, сделал два быстрых шага и замер в тени арки, прижавшись к шершавой, обгоревшей стене. Сердце билось ровно, дыхание он задержал. Прошло полминуты. Сначала со стороны главной улицы донесся тяжелый, надсадный рокот — грузовик, «Опель», судя по звуку, перегруженный, проехал мимо. А следом за ним, метрах в двадцати, на велосипеде вывернул парень в кепке, такой же, как первый, только моложе. Парень притормозил у арки, делая вид, что поправляет цепь, и скосил на нее глаза.

Их взгляды встретились. Это был даже не взгляд, а вспышка. Парень мгновенно отвернулся, надавил на педаль и покатил дальше, даже не взглянув на свою цепь, которую он так и не поправил. Но Шелестов успел прочитать в его глазах не любопытство прохожего, а ледяное, спокойное напряжение. Рабочее напряжение охотника, который упустил дичь из виду.

«Так, — подумал Максим, — теперь все встало на свои места». Первый «копатель» на развалинах был заслоном. Мотоцикл — мобильной группой подстраховки. Велосипедист — контролером, который должен был зафиксировать, куда ушел объект. Они работали чисто, грамотно, с подстраховкой и сменой транспорта. Это не были бандиты-одиночки, это были профессионалы. Те, кто знает город как свои пять пальцев, кто умеет вести «объект» в «каменных джунглях», используя звуки моторов, чтобы маскировать шаги. И это он еще не засек пеший «хвост», который ходил за ним, возможно, уже не первый день.

Шелестов выждал еще минуту, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь где-то далеко стуком топора. Значит, и немцы, и англичане уже вышли на него. Вернее, на то, что он может привести их к архиву. Игра становилась все жестче. Он достал портсигар, медленно закурил, пряча огонек спички в ладонях. Дым пополз вверх, к выжженному небу. Сомнений не было. Это не подозрения. Это факт. В его работе было не так много аксиом, но одна из них гласила: если ты заметил за собой профессиональную слежку, значит, ты им позарез нужен. А значит, и ты идешь по верному следу.

Максим бросил окурок, растер его подошвой и, не оглядываясь, пошел дальше, но теперь его маршрут изменился.

Вернувшись в управление, Шелестов вошел в кабинет и сразу задвинул занавеску на окне. Буторин и Коган, ждавшие его за столом, удивленно переглянулись. Вид у командира был озабоченный.

— Ну что, ребята, новость у меня для вас плохая, но она же и хорошая. Смотря под каким углом посмотреть! Сегодня я дважды замечал за собой слежку. Работают профессионально, ведут несколько человек — не менее трех. Скорее всего, я трижды ее замечал, но в первый раз были сомнения, а теперь они пропали.

— Это не немцы, — покачал головой Буторин.

— Не немцы, — согласился Шелестов, усаживаясь за стол. — А кто?

— Анна Акулович слышала английскую речь в заливе, — напомнил Коган. — Военных объектов и «секретов» в этом городе нет. Люди, которые объяснялись на английском, убили человека, который следил за Крымовым непосредственно перед его гибелью. Крымова преследовали, когда он пытался спасти архив Грейфенберга. Архив исчез, следят теперь за нами. Разве остались еще вопросы?

— Ты как всегда, Борис, — рассмеялся Буторин. — Все любишь по полочкам раскладывать и ярлычки прилеплять к каждой коробочке с ответом. Схема у тебя получилась впечатляющая, красивая, я бы сказал. А если в этой цепочке хоть одно звено неверное, что тогда? Рассыплется цепочка?