Книга Возвращение домой, страница 75 – Джон Соул

Но был еще один вопрос, от которого Карен никак не могла освободиться: почему Отто оказался около сарая в полночь?

И почему он не закричал от первого же укуса скорпиона? Могло ли так случиться, что его крики никто не слышал? Эти вопросы постоянно вертелись у нее в голове, но сегодня утром она пыталась не думать об этом. Она также пыталась не думать о том, что, возможно, Отто лежал в темноте несколько часов, чувствуя, как скорпионы жалят его, тщетно призывая на помощь, в то время как они спали в своих постелях.

Дети тоже вели себя необычно тихо, и, хотя Расселл не отменял свой приказ, что они должны сидеть дома целую неделю, никто его даже не попытался нарушить. Карен знала, что Кевин глубоко переживает смерть деда, хотя ей он и не выражал своих чувств открыто, было ясно, что он страдает.

Джули тоже вела себя странно. Казалось, что она переживает смерть Отто больше всех, и, хотя Карен несколько раз пыталась поговорить с ней об этом, ее старшая дочь упрямо настаивала, что с ней все в порядке.

Карен догадывалась о причине переживаний Джули. Ведь Джули в последний раз говорила с Отто, разыграв за завтраком пародию услужливости. После этого Джули не удалось сказать Отто ни слова, хотя она и собиралась принести извинения.

Карен знала, что чувство вины часто заставляет людей вести себя странно, и Джули действительно вела себя странно.

В первый день после смерти Отто ничего особенного не случилось. Правда, Джули спустилась к завтраку очень поздно и была молчалива, но Карен именно этого и ожидала.

А вчера Джули вообще не вымолвила ни слова, и хотя она помогала Молли управиться с лошадьми, но наотрез отказалась пропылесосить дом.

— Я ненавижу пылесос и не прикоснусь к нему! — заявила она Карен.

Решив заставить ее подчиниться, Карен сложила руки на груди.

— Хорошо, — сказала она, — тогда возьми щетку и принимайся за дело.

К ее удивлению, Джули выполнила приказ.

И хотя понадобилось в три раза больше времени со щеткой, чем с пылесосом, Джули не жаловалась.

Она вообще не вымолвила ни слова.

Вот и сегодня она сидела за завтраком молча.

Не проронив ни слова, поглощала все, что было на столе. Джули съела не только свой обычный завтрак: кусочек тоста, тарелку кукурузных хлопьев, стакан апельсинового сока, но также и стопку оладий и три куска бекона. Не ела, а именно поглощала, отметила Карен.

И после того, как помогла Молли с лошадьми, Джули просто исчезла.

— Пойди посмотри, что там делает твоя сестра, — попросила Карен Молли.

Молли в это время сидела за столом с каталогом лошадиной сбруи, составляя такой список абсолютно необходимых вещей, который не только бы заполнил всю конюшню, но и наверняка полностью опустошил бы их банковский счет. Но, по крайней мере, Молли начала вести себя нормально, постепенно выходя из шока, связанного с похоронами Отто.

Вот и сейчас девочка бросилась выполнять ее просьбу с таким топотом на лестнице, который был слышен по всему дому.

— Потише! — крикнула ей вслед Карен, покачивая головой.

И тут же послышался топот возвращающейся Молли, которая перемахнула последние пять ступенек одним прыжком.

— Она лежит на постели и смотрит в окно, — отрапортовала Молли, возвращаясь на кухню.

Бросив нарезать ветчину для обеда, Карен попросила Молли накрыть на стол и отправилась наверх сама.