Книга Возвращение домой, страница 8 – Джон Соул

Спор прекратился, но, когда несколько минут назад они ехали по Плезент-Вэлли и Джули увидела городок, где ей придется оканчивать школу, Карен почувствовала, как вновь вспыхнула уже было затухавшая досада ее дочери, хотя она и ограничилась всего несколькими ворчливыми ремарками.

А Молли прыгала на заднем сиденье, прижимая к себе потрепанного плюшевого медвежонка, которого она отказалась выбросить, и верещала восторженным голоском о жеребенке, ждущем ее на ферме.

На следующей неделе, думала Карен, несмотря на все капризы Джули, я выхожу замуж. Замуж за человека, с которым выросла и который провел всю жизнь, как владелец большого фермерского хозяйства рядом с Плезент-Вэлли.

Ее мать, Карен была уверена, должна перевернуться в гробу, сердясь еще больше, чем Джули.

Джули, насколько она могла понять, изредка косясь на нее, была очень рассержена.

Машина сошла с асфальтовой дороги и запрыгала на кочках по разбитой грунтовке, ведущей прямо на запад между изумрудно-зелеными полями.

— А что, дальше дорога будет еще хуже? — спросила Джули. — Я боялась, что машина каждую минуту может развалиться, с тех пор как мы спустились по Тещиному Языку три часа назад.

— А что такое «Тещин Язык»? — спросила Молли с заднего сиденья.

— Так называют длинный извилистый спуск, который мы проехали недалеко от Гормана, — объяснила Карен младшей дочери. «Если у меня здесь ничего не получится, придется покупать новую машину, чтобы добраться до Лос-Анджелеса», — подумала Карен и ответила дочери: — Нет, хуже уже не будет, эта дорога ведет к ферме Расселла.

Несмотря на решимость не замечать ничего хорошего в Плезент-Вэлли, глаза Джули округлились.

— Ты хочешь сказать, что вся эта земля принадлежит Расселлу? — спросила она, окидывая взглядом поля, простирающиеся вокруг них. — Сколько же у него земли?

— Триста двадцать акров, — ответила Карен. — Вот она, ферма, прямо перед нами.

В четверти мили Джули увидела огромный амбар, силосную башню и несколько более мелких строений. Она также увидела два дома, отделенные от фермы большим двором с несколькими огромными старыми каштанами.

Меньший из домов, одноэтажный, напоминал прямоугольную коробку с пристроенным крыльцом.

Второй дом, намного больше по размеру, был построен в викторианском стиле с огромной крытой верандой, которая тянулась вокруг дома, большими окнами и несколькими фронтонами, прерывающими линию крутой крыши над вторым этажом. С одной стороны была даже угловая башня, ее окна сверкали гнутым стеклом, повторяющим цилиндрическую форму стен.

Дом был покрашен в белый цвет с окантовкой черного, серого и темно-красного цвета, совпадающего с тоном крыши.

— Это?.. — начала Джули, но не закончила вопрос, боясь обмануться в своих надеждах.

— Да, это дом Расселла, — ответила Карен, улыбаясь уголками рта. — А тот, поменьше, дом его отца, в котором Расселл вырос.

— Так нечестно! — закричала Молли с заднего сиденья. — Мы же договорились, что нам принадлежит маленький дом!

— Расселл построил большой дом вскоре после женитьбы, — сказала Карен старшей дочери, не обращая внимания на Молли. — Они собирались иметь полдюжины детей, но…

— И что произошло? — прервала ее Джули, прищурившись. — Жене не захотелось сидеть в этой глуши?

— Нет, — ответила Карен холодным тоном. Глядя вперед, она осторожно притормозила, все еще не привыкнув к езде с трейлером на прицепе. — Она погибла так же, как твой отец. — Карен пожалела о сказанном, услышав, как у Джули перехватило дыхание от шока, но было уже поздно. Она прикоснулась к руке Джули: — Извини, мне надо было найти другие слова. — Глаза дочери наполнились слезами, и Карен знала, что она думает об отце. — Если бы ты не меняла тему каждый раз, когда я пыталась поговорить с тобой о Расселле, или захотела бы познакомиться с ним поближе, ты бы знала, что случилось.