Книга Возвращение домой, страница 9 – Джон Соул

Джули потупилась, внезапно устыдившись самой себя. Надо же ей было ляпнуть такое о первой жене Расселла.

— Извини, мам, — пробормотала она. — Кажется, я иногда говорю глупости.

— Да ты все время говоришь глупости, — заявила Молли с заднего сиденья, получив в ответ недовольный взгляд сестры.

Карен сделала вид, что не слышит Молли.

— Не сердись, Джули, — сказала она. — Пожалуйста. Ради меня.

Поколебавшись, Джули кивнула:

— Ладно, мам, только здесь все так непривычно. Я никого не знаю, а вдруг они меня невзлюбят?

Карен тут же посмотрела в зеркало назад и увидела, что Молли злорадно готовится использовать счастливую возможность еще раз кольнуть сестру.

— Ни слова, Молли, — строго произнесла она. — Я тебя предупреждаю. — И когда Молли затихла на заднем сиденье, Карен повернулась к Джули: — Ты им всем понравишься, милая, — мягко пообещала она и, потянувшись, откинула с лица длинную прядь темных волос.

У Джули были большие глаза, затененные густыми ресницами, а черты лица, унаследованные от отца, — гораздо тоньше, чем у Карен.

— Ты очень хорошенькая и чаще всего очень милая, — заверила она дочь.

Джули подняла глаза, и впервые с момента отъезда из Лос-Анджелеса улыбка осветила ее печальное лицо.

— А когда я не в настроении, тут уж настоящая стерва, правда? — спросила она.

Карен притянула Джули к себе, на мгновение обняв ее:

— Тебе виднее. А сейчас вам предстоит встреча со сводным братом. А вот и он, — добавила она, кивнув в сторону дома.

Джули проследила за взглядом матери и увидела Расселла Оуэна на широкой веранде дома. Рядом с ним стоял юноша примерно ее возраста. У него были темно-русые волосы, и, даже глядя из машины, она была уверена, что у него голубые глаза.

Но ей также показалось, что он из тех красивых мальчишек, которые настолько самонадеянны, что даже не замечают ее. Он выглядел на пару дюймов выше ее и, возможно, на год старше.

Ну и что? Она не ищет себе дружка, а хоть бы и искала, то им не станет ее деревенский сводный брат!

Автомобиль, задрожав, остановился. Молли распахнула заднюю дверь и, взбежав по ступенькам крыльца, бросилась к Кевину Оуэну, к которому прилепилась, как маленькая пиявка, с момента их встречи прошлой весной. В то же время большая собака неопределенной породы толкнула сетчатую дверь и прыгнула к Молли.

— Привет, Бейли! — крикнула Молли, отпуская Кевина и обнимая шею собаки. Но, лаская собаку, она снова посмотрела на Кевина: — Покажешь мне жеребенка? — спросила она. — Как он тут? Наверное, подрос?

Кевин поднял Молли высоко в воздух и затем опустил так, что их глаза оказались на одном уровне. — Может, я сначала поздороваюсь с твоей мамой и сестрой? — сказал он.

Молли весело хихикнула.

— Хорошо.

Кевин несколько раз покрутил девочку вокруг себя, а Бейли дико лаял, гоняясь за ними.

Когда он опустил ее, собака весело бросилась к ней и, повалив на землю, лизнула в лицо.

Джули, наблюдая за игрой сестры с Кевином и собакой, почти пожалела, что не поехала сюда на весенние каникулы.

Они все казались одной семьей.

Семьей, в которой ей не было места.

Через десять минут Кевин позволил Молли затащить себя на конюшню, где десять недель назад она присутствовала при рождении жеребенка.

— Можно мне на нем покататься? — умоляла она и тянула Кевина за руку, чтобы шел побыстрее.