Онлайн книга «Неверморе»
|
Я рассказал им, как мы все смеялись в море. Как я их ждал, когда не ладилось со школой. Как я к ним шел и ехал – по тропинке, по дороге, вдоль обрыва и вдоль реки, и снова по дороге, и по городу; мне до сих пор иногда кажется, что мне совсем немного лет, до городских ворот – всего ничего, и я бегу, бегу, бегу к своим друзьям. * * * Бежишь к своим друзьям? Тогда что ж ты, друг милый… Нет, ты подожди уж. Говоришь с Мирой – значит и меня услышишь. Очень удобно ускользать вот так вот, нечего сказать! Когда та дверца медленно-медленно начала открываться – да не знаю почему, верно, какая-то змея решила себе раздобыть браслет на хвост, – когда та дверь вдруг шевельнулась, М. был наготове. Он вздернул на ноги Камышинку, подтолкнул меня – у всех у нас в руках пакеты с золотом, они рвались, конечно, но монет осталось прилично. Кто тащил плащ с подсвечниками? Небось я и тащил. Когда мы все кинулись к двери, гора сыграла последнюю шутку. Нет, простите уж, я не хочу говорить, что она показала мне до этого; голос М. отвлекал, но и видения не прекращались. Все мы видели свое. Так вот – мы все метнулись к двери, я выставил ступню в проем, М. тоже выставил, мы вытолкнули Камышинку, чтобы лишний раз не спорить, М. убрал ногу, а потом я оглянулся. Гора ничего не берет с нуля, ничего не придумывает: ставит с ног на голову или вывернет наизнанку, но не берет из ниоткуда. Я взглянул на М. Как выясняется, он был уверен, что мы его бросим; не буду скрывать, что в ту пору я уже его слегка боялся. Да, да, он вырос на наших глазах, только потом стал в лесу болтать неизвестно с кем, а потом вовсе передумал разговаривать! Но это все совсем не важно, абсолютно; да, я увидел на его месте не пойми кого, серую тень, да, дернулся, мне и так в те дни было достаточно; но мне и в голову бы не пришло бросать его в горе. В конце концов, я же планировал его разговорить, как только мы вернемся и Камышинка обретет свои браслеты! Напоить, рассмешить, подначить, вызвать на спор – и выяснить наконец, что с ним случилось; только руки сперва вымыть. Ну вот, разговорил. Очень смешно, да? Потому что я дернулся – и дверь захлопнулась, а М. остался внутри. Мы не смогли ее открыть. Мы орали, стучали, прыгали, и Камышинка предложила быстренько принести бензопилу, вот только из горы прямого пути не было, а бензопила камень не взяла бы. Не позорю я тебя, я и сам думал то же самое… Мы бросили добычу, добежали до первой же возможной точки выхода, причем кое-кто с кисточками на ушах несся прыжками, и вызвали Алмазова. Мы с ним недавно познакомились – он утверждал, что если Камышинке нужна помощь, то он ее и предоставит в ответ на сотрудничество, но тут мы трое как раз отлучились за проклятым золотом. Алмазов М., конечно, не сам вызволял, другие специалисты; он и к горе-то не ходил, мы топтались в приемной университета, вернее, я топтался, а Алмазов восседал, а Камышинка прижимала уши. — Кто у вас там? — Друг. — А человек хоть или нет? — Какая разница? — А буйный или так? — Да вы сперва его спасите, а потом сами все увидите! Буйный, не буйный… — А давно вы так, туда-сюда? — Да с детства. Тут одна бы рысь вам подтвердила, да речевой аппарат сейчас не приспособлен. В общем, рабочие договоры в такой обстановке я еще не подписывал, тем более – за себя и за подругу; но Алмазов знал хоть что-то, а мы и впрямь умели только бегать туда-сюда. Пока М. вызволяли, я успел подобрать золото и разделить на четверых: для М., для леса и остатки – нам двоим, в нашем-то мире оно вряд ли проклято; М. наконец-то вышел, я хотел извиниться, что это все так долго, протянул ему пакет, а он не принял. Я, вообще-то, много болтаю, у меня вон и прозвище под стать; но тут я ничего не смог сказать, как подавился. Ну а что ты скажешь человеку, когда забыл его в горе? Да и не человеку… Да не важно кому, другу! Он и ушел все так же: с каменным лицом, «благодарю, но золота мне не нужно». Потом все-таки забрал часть, и с нею сходил в лес, и браслеты для Камышинки передал в конверте. Он к тому времени уже устроился в университет, как мы, и Камышинка потом тайно принесла ему подсвечники. Хотя бы так. |