Книга Фуга, страница 46 – Елена Ядренцева

— Лох, – сказал Феликс и осклабился: – Лошара.

— Я не должен сейчас его ударить?

Рысь притворился, что раздумывает:

— Да нет, не стоит. Он же обрадуется вниманию, правда, Феликс? Он же у нас не может без внимания. Как эти, знаешь, дети лет пяти, тоже всё дергают за рукав родных… Фиг ли я лох, а, Феликс, солнце, объясни мне?

Феликс расцвел. Это был звездный час – его заметили. Он выпятил грудь колесом, снял капюшон, откинул даже волосы со лба:

— А это потому, что ты суетишься. Туда, ребят, не суйтесь, этого не пейте, в комнатах не курите, почитайте… Ты вот когда бухал в последний раз?

Рысь попытался вспомнить и не смог.

— Вот я и говорю: лох лохом… Чего ты мечешься-то? Тут уже и так, – он постучал себя по темени костяшками пальцев, – на донышке вот тут! Ты чё запарился-то? Чё ты от нас хочешь?

А чего он от них хотел? Да ничего. Чтобы как можно дольше сохранялись какие есть, дурные или нет. Чтоб, если что-нибудь внезапно так изменится, они могли вернуться по домам и чтобы не сдавались раньше времени.

— Да это не я лох, а ты слабак, – сказал Феликсу, и тот разом покраснел.

— Кто, я слабак?..

— Ты, ты, солнце мое. Кто самый легкий путь-то выбрал? Ты и выбрал. Ты пытался по-другому? Не пытался. Хоть бы назло попробовал, так нет же. Обжегся раз – и руки опустил.

— Да смысла их не опускать?

— А ты попробуй.

— Да смысл…

— Что ты заладил – смысл да смысл! Бухать ночами – в этом, что ли, много смысла? На донышке, блин, так храни его нормально, что, дальше, что ли, легче станет – нет, не станет!..

И вот как раз тогда, когда Рысь захлестнуло речью, когда сам он не понимал, что говорит, и Александр где-то на периферии смотрел на него все печальней и печальней своими темными блестящими глазами, как раз тогда к ним подошел мастер и очень отрезвляюще откашлялся.

— Блин, – сказал Рысь, еще не понимая. Сам себя чувствовал сейчас на месте Феликса – встрепанным пацаном, злым и растерянным.

— Я тоже рад вас видеть, – кивнул мастер.

Рысь сосчитал до восьми:

— Доброго денечка.

Мастер сегодня был какой-то совсем застывший. Кивнул на Феликса:

— Я застал воспитательный момент?

— Я не момент, я Феликс.

— Приму к сведению.

Ну вот за что ему сейчас еще бодаться с мастером? Мало было этих придурков, мало Роуз, так нет, пришел еще один, навис. Блин, мастер, ну явились бы вы позже!

— Мастер, – спросил Рысь, – вы чего хотели-то?

— Хотел с вами обсудить пару вопросов, если не возражаете.

— Не возражаю.

Рысь взъерошил Феликсу волосы так, что искры стали проскакивать, кивнул Александру и повел мастера в мансарду. Пусть там никто сейчас не обжимается, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Вспомнилась новая игра – «в нормальных домах». Дети садились на пол в кружок и по очереди выдавали по фразе:

— В нормальных домах дети ходят в школу.

— В нормальных домах везде есть мебель.

— В нормальных домах вещи по шкафам хранятся.

— В нормальных дворах есть цветы на клумбах.

— В нормальные дома приходят письма.

— В нормальных домах по воскресеньям люди ходят в кондитерскую есть пирожные.

Вот на последнее Рысь мог бы возразить – точно помнил, что никаких пирожных он в прошлой жизни не ел каждую неделю. С другой стороны, у всех же ведь по-разному? Хоть какой-нибудь из его домов был бы нормальным по нынешним меркам? А шут знает.