Книга Фуга, страница 67 – Елена Ядренцева

— Асенька, блин, – Рысь покачал головой, – да ну и кто же так делает?

Он застыл посреди кухни и неотрывно пялился на собственную ладонь, будто от взгляда что-то изменится. На ладони лежала Асенькина фенька – светлая, бежевая, с растрепанными кончиками.

Рядом стояли Я Клянусь и Артур, причем Артур держал в руках кочан капусты и пытался вертеть его, как футбольный мяч.

— Ты ее спер где-то?

— Не, не спер, угостили.

— В столовую отнеси.

— Не, я не пойду.

Взгляд от феньки отводить было нельзя, поэтому в лицо Артуру Рысь посмотреть не мог.

— Я понимаю, чего я здесь жду, – сказал он медленно, – а вы-то тут зачем застряли?

— Сам как думаешь?

Да никак Рысь не думал, так стоял. Думал, что Асенька любила – любит? – персики. Что из капусты можно сварить борщ. И что прошлый раз случился при старом мастере, а всё, что при нем, будто не взаправду. Вот сейчас, скажем, фенечка исчезнет, и тогда надо будет в ту же секунду…

— Рысь, а Рысь, – позвал Я Клянусь так настойчиво, что Рысь чуть было на него не покосился – откуда этот тон упрямый, тоже мне… – зачем-то же мы ходим тройками, а?

— Глупости.

Вспоминай Асеньку. У нее тонкие запястья, и она любит персики и море. Криво шьет наволочки и всегда всем рада, как кошка, ласковая, но глуповатая. Такая искренняя-искренняя. Милая. Вспоминать надо чуть утрированный образ, так, как если бы ты ее описывал кому-то третьему. Такая девочка была у нас, славная девочка.

— Ты задолбал все время прикрывать всех, – сказал Артур и, очевидно, грохнул кочан об пол.

Захрустели листья. Клянусь фыркнул. Поддакнул заботливым голосом:

— Ты же не должен один ввязываться. – И Рысь на ощупь пихнул его в бок локтем: «Не отвлекайте вы, ну. Я и так лажаю».

Кочан куда-то покатился. Артур пнул его?.. Не успел Рысь произнести вслух мысль про борщ, как Артур выдал:

— Ну ты и кретин. Ты не для этого здесь. Хочешь всего себя угрохать? Тебя мастер чему учил, ау?

— Какой мастер?

— А новый тебя чему-то учил вообще?

Чтоб не сбиться с волны, не упустить, Рысь принялся перебирать совсем простое: Я Вам Клянусь скоро отправится занять народ в залах, Роуз и вовсе в городе и ничего не знает, вот и славненько. А Артур наседал, мешал, придурок, и Рысь опять знал: надо посмотреть ему в лицо, поймать взгляд – и тогда он все поймет, но как раз этого никак нельзя сейчас…

— Ты перед Яблоком один отчитываешься, тебе мало?

— Ребят, я не просил мне помогать.

— Так мы не про тебя, мы Асю вытащить. Эта история вообще не про тебя же.

— Все, что касается Приюта, про меня.

— Фу-ты ну-ты, а мы вообще не в счет?

Артур толкнул его в плечо, и Рысь не справился, конечно, вскинул голову, как всегда вскидывал, еще задолго до Приюта, чтобы знать, с кем дерется, чтоб не прятаться, – и вот тут фенька и растаяла. Конечно. Время уходит, надо пробовать сейчас, но в одиночку не получается, действительно, будто бежишь, оскальзываясь, мысли все не те…

— Думай про Асю, – велел Рысь скороговоркой то ли себе, то ли ребятам, то ли всем вместе, – думай про Асю, раз ты еще здесь. Какая, кто она была. Думай хорошее!

— А кто такая… – начал было Я Клянусь, и Рысь заорал на него мысленно: «Заткнись! В венке из одуванчиков ходила. Платья в полосочку. Гренки жарить в кухне». – Я не пойму, она мне снилась, что ли?.. – пробормотал Я Клянусь снова.