Книга Негде спрятаться золотой рыбке, страница 27 – Джеймс Хэдли Чейз

— После разговора с Горди я зайду к тебе, и тогда мы все решим. Конечно, можешь сесть в тюрьму, если тебе так хочется.

Я направился к двери, а Линда злобно бросила мне в спину:

— Надеюсь, эта сука Киси хорошо тебя ублажает.

— Не нагнетай. Ты и без того мне противна, – сказал я и ушел к машине.

Возле моего дома стоял еще один автомобиль. Когда я остановился, из тени вышел Фрэнк Латимер:

— Привет, Стив! Я все думал, куда ты запропастился.

Латимер был успешным страховым агентом – сорок лет, лысина, брюшко, но вполне приятный парень.

— Слышал новости про маму Линды. Дай, думаю, приглашу тебя на ужин. Все равно мимо еду. Салли сегодня весь день бегала по магазинам, так что мы еще не садились за стол.

— Спасибо, Фрэнк. Я уже поужинал. У меня чертова прорва работы.

— Угу… могу себе представить. Этот твой журнал – высший класс. Ну, я все равно решил заехать. Если мы можем чем-то помочь…

— Все под контролем. Линда скоро вернется, а за мной пока что присмотрит Сисси.

— Что ж, если понадобимся, ты знаешь, где нас искать.

Когда он уехал, я поставил машину в гараж.

Судя по запискам Уолли, о которых рассказала мне Джин, жена Фрэнка Салли тоже была нечиста на руку. Может, Горди не обошел их семью вниманием, и Фрэнк собирался ему заплатить. Или уже заплатил.

Я взглянул на часы. Было без десяти девять. Пора отправляться к Горди. Я закрыл гараж на ключ и, минуя соседские дома, пошел по улице, глядя на яркие окна, прислушиваясь к звуку включенных телевизоров и думая, что скажет Горди, когда я предложу ему всего лишь три тысячи долларов.

Свернув направо, я оказался на Ист-авеню.

Судя по карте, дом Горди находился в паре сотен ярдов от перекрестка.

Я ускорил шаг. На этой улице стояли дома попроще и освещение было похуже. Вдруг из тени вышел мужчина. У ног его крутился спаниель. Я узнал Марка Кридена, высокого грузного мужчину шестидесяти лет. Может, чуть постарше.

В поселке Криден считался чуть ли не царственной особой. Богатством своим он уступал разве что Чандлеру, а его дом стоил раза в четыре дороже моего. У Кридена был «роллс-корниш», а у его жены Мэйбл – «Бентли Т». И муж, и жена держались надменно, и в Истлейке их недолюбливали. Вечеринки у них, однако, были роскошные и пользовались большой популярностью.

Остановившись, Криден вгляделся мне в лицо, и красная физиономия его расплылась в снисходительной ухмылке.

— Здравствуй, Стив! Как тебя сюда занесло?

— Решил прогуляться, чтобы обдумать одну проблемку, – сказал я. Некстати, что я на него наткнулся.

— Да-да, на ходу думается лучше всего. А я вот с собакой гуляю. Мэйбл, видишь ли, купила себе пса, а возиться с ним приходится мне. – Он добродушно рассмеялся. Так смеются дипломаты, чтобы оживить званый ужин. – Когда же вы, молодые люди, заглянете к нам в гости?

— Наверное, когда вы нас пригласите. Сейчас Линда в Далласе. У нее мать заболела.

— Да ты что? Жаль, очень жаль. Что-то все кругом разболелись. Значит, ты остался один?

— Зато появилась возможность утрясти кое-какие дела.

— У тебя прекрасный журнал, Стив. Я читаю его от корки до корки. Что ж, не буду задерживать. Скажу Мэйбл, чтобы она тебе позвонила. Нам нужно чаще видеться. – Не переставая нести дипломатическую чушь, он нагнулся и погладил своего спаниеля. Жаль, поблизости не было фотографов, чтобы запечатлеть этот момент. – Ну, Стив, всего хорошего. – Он помахал рукой, словно из окна пассажирского вагона, и ушел.