Книга Я сам похороню своих мертвецов, страница 104 – Джеймс Хэдли Чейз

— Вот это дело, – одобрил Леон. – Я его найду, а ты его прижмешь.

Крейл едва не рвал на себе волосы.

— Не слушай этого сумасшедшего, Ник! Ты должен последовать моему совету. Да черт побери! Я лучший адвокат в стране, и я говорю тебе, что бежать нельзя! Неужели ты считаешь, я посоветовал бы тебе сдаться, если бы не был уверен, что другого выхода нет?

Инглиш улыбнулся:

— Успокойся, Сэм. Я понимаю, что твой совет разумен, но ты забываешь, с кем я имею дело. У меня слишком много врагов. Риз только и ждет возможности покончить со мной, а таким образом я предоставлю ему эту возможность. Если я окажусь за решеткой, окружной прокурор поймет, что песенка Бомонта спета. Нельзя мне сдаваться. Каким бы умным ты ни был, тебе не выиграть при таком раскладе. Слишком уж он неудачен. И надежда на спасение только в одном. Мы должны найти Шермана, мы прижмем его так, что он во всем признается. Другого способа нет.

Крейл попытался что-то возразить, но сдержал себя и лишь прошелся по комнате от стены до стены. Лицо у него побелело, глаза лихорадочно блестели.

— Я прекрасно понимаю, с кем ты имеешь дело, – сказал он в итоге, – но я все равно настаиваю, чтобы ты сдался. Предоставь мне бороться за тебя. Если откажешься, ты покойник. Ладно, допустим, ты найдешь Шермана, допустим, прижмешь его, и что хорошего из этого, по-твоему, получится? Как только он предстанет перед судом, он откажется от всего, в чем ты вынудил его сознаться, и куда дальше? Ты должен выглядеть невиновным человеком, которого подставили. И вести ты себя должен соответственно, а невиновный человек не бежит от закона. Тогда я сумею заставить присяжных поверить тебе.

— Этого недостаточно, – сказал Инглиш. – Прости, Сэм, но я собираюсь залечь на дно. Мы с Эдом разыщем Шермана, и мы с ним разберемся.

Крейл стоял, глядя на Инглиша, затем вздернул жирные плечи.

— Хорошо, но помни, что я тебя предупреждал. Я сделаю все от меня зависящее, когда дойдет до суда, но ты связываешь мне руки.

— Я поплачу по этому поводу, если ты одолжишь мне свой платочек, – хмыкнул Леон.

— Я тебя предупреждал, – повторил Крейл, пропустив выпад Леона мимо ушей. Он взял свое пальто и шляпу. – Ник, если понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти. Удачи тебе.

Инглиш подошел и пожал ему руку.

— Успокойся, Сэм. До сих пор я неплохо справлялся со своими делами, думаю, я выбрал верный вариант.

— Посмотрим. Только один вопрос: где ты собираешься скрываться? Этот город уже сейчас как растревоженный улей, а когда выяснится, что ты исчез, его и вовсе разберут по кирпичику. Ты не сможешь остаться неузнанным. Да каждая собака в городе знает тебя в лицо!

— Об этом не беспокойся, – спокойно ответил Инглиш. – Я справлюсь. Увидимся в суде, Сэм.

Когда Крейл ушел, Инглиш налил в стакан глоток виски и выпил. Лицо его было суровым и бледным.

— Знаешь, Эд, а он прав, – произнес он, принимаясь вышагивать по комнате. – Если мы не найдем Шермана, мне конец.

— Мы его найдем, и мы заставим его говорить.

Инглиш поглядел на часы на каминной полке.

— Хорошо бы Лоис поторопилась, – сказал он, опускаясь в кресло. – Ее нет уже три четверти часа.

Леон вытянул длинные ноги к огню.

— Куда она ушла?

— К Коррин. Я не сказал Сэму, потому что он начал бы бурчать о законности, однако Коррин наверняка действовала заодно с Шерманом. Если бы удалось поговорить с ней, я, возможно, заставил бы ее признаться в этом. Она бы здорово помогла вывести Шермана на чистую воду. Когда мы притащим Шермана в суд, показания Коррин выбьют у него почву из-под ног.