Книга Я сам похороню своих мертвецов, страница 130 – Джеймс Хэдли Чейз

Он уже хотел надеть его, но увидел, как сквозь дым пробирается Шерман. Инглиш выронил жилет, подхватил Лоис под руку и повлек по палубе.

— Ты – туда, – сказал он, поднимая ее и бросая в море.

Инглиш побежал обратно за магнитофоном, но когда чемодан был уже у него в руках, Шерман заметил его перемещения.

— Ни с места! – проорал он.

Инглиш отпрянул вправо, добрался до леера и швырнул чемодан с магнитофоном в море. Когда он взялся за леер, чтобы перепрыгнуть, Шерман выстрелил в него.

Инглиш почувствовал, как что-то жестоко ударило его в бок, и по телу прошла волна обжигающей боли. Он упал лицом вниз на горячую палубу. Палуба уже разогрелась настолько, что его намокшая одежда зашипела, а когда он попытался оттолкнуться, чтобы встать на ноги, на ладонях вздулись волдыри. Он перекатился, отчаянно пытаясь добраться до леерного ограждения, чтобы спрыгнуть в воду. Подбежавший Шерман вцепился ему в лодыжку и тянул назад.

— Никуда ты не сбежишь! – заорал он бешено. – Поджаришься здесь вместе со мной. Как тебе такое, Инглиш? Как тебе в этом преддверии ада?

Инглиш лягнул его. Каблук ботинка попал Шерману по коленной чашечке, заставив согнуться пополам. Пистолет Шермана выстрелил, и пуля пропахала дорожку в палубе рядом с головой Инглиша.

Инглиш навалился на Шермана, вжав его в палубу. Рыча от боли и ярости, Шерман пытался поднять руку с оружием, однако Инглиш вцепился ему в запястье обеими руками, вдавливая кисть Шермана в металлический поручень, тянувшийся вдоль всей яхты. Шерман заорал, когда в его плоть впился раскаленный едва ли не докрасна металл. Собрав все свои немалые силы, Инглиш держал руку Шермана, припечатав к поручню. Шерман ударил Инглиша свободной рукой по лицу, но Инглиш не ослаблял хватки, пока пальцы Шермана не разжались от боли и пистолет не упал в море. Только тогда он выпустил запястье Шермана и попытался подняться на ноги, однако боль в боку была теперь настолько сильна, что он на миг потерял сознание. Когда он пришел в себя, от горячей палубы ему припекало спину. Шерман стоял над ним на коленях, впиваясь пальцами ему в горло. Инглиш схватил Шермана за большие пальцы и оторвал их от себя, разжимая его руки. Когда тот снова потянулся к его горлу, Инглиш ударил Шермана в лицо кулаком, и он отлетел, распростершись на палубе.

Инглиш схватился за леер и рывком поднялся на ноги. Прежде чем Шерман успел до него добраться, Инглиш перегнулся через ограждение и упал в воду головой вниз. Холодная вода взбодрила его и, вынырнув на поверхность, он смахнул воду с глаз и перевернулся на спину.

Яхта уже пылала, словно факел, освещая море. Инглиш отталкивался ногами, стараясь оказаться подальше от яхты и жаркого пламени.

— Ник!

Чья-то рука взяла его за плечо. Он повернул голову. Лоис была рядом с ним, удерживая другой рукой чемодан с магнитофоном.

— О дорогой, ты ранен?

— Все в порядке, – прохрипел Инглиш. – Ничего серьезного. Где он?

— Думаю, он все еще на яхте.

Инглиш потянулся и устроил обернутый жилетом чемодан под мышкой. С его помощью он удерживал голову над поверхностью воды. Ноги тянули его вниз, словно свинцовые грузила, и, если бы не этот импровизированный буй, он утонул бы.

— Держись рядом, Лоис, – попросил он. – У меня небольшое кровотечение, и я не очень хорошо себя чувствую.