Книга Детективы с кладбища на 13-й Аллее, страница 4 – Арабелла Грим

— Теперь понимаю, почему ты столько знаешь о горе, – сказал он тоном, который надеялся сделать непринужденным. – Ты сегодня заткнула Эльзу. Ей не понравилось.

Эльза, главная змея курса, получила по заслугам, подумала Элоиза и сдержала насмешливую улыбку.

— Не заметила, – беззастенчиво солгала она, пожав плечами. – Но да, горе мне знакомо…

— А я больше по части преступного поведения. Мой отец комиссар, и…

— Да ладно? Круто! – Элоиза вдруг оживилась. – Я обожаю тру-крайм^[3], представляешь? Потом хочу стать криминологом.

Саша не мог упустить этот шанс. Он так долго искал способ установить с ней хоть какую-то связь! Наконец-то удалось.

— Если хочешь, я помогу тебе получить стажировку. Дашь номер? – сказал он, протягивая телефон.

Элоизу не пришлось просить дважды. Она внесла свои данные и тепло поблагодарила его, глядя прямо в глаза.

Через секунду она ушла, но Саша понял это не сразу. Ее миндалевидные глаза, подчеркнутые черной подводкой, будто отпечатались у него на сетчатке. Какого цвета была радужка? Карего? Хаки? Янтарного? Оттенки, о которых обычно никто не мечтает, но ему они казались самыми прекрасными в мире.

Когда он пришел в себя, Элоиза уже подходила к пожилой женщине, которая раздавала суп беднякам в нескольких метрах от входа. Он попытался помахать ей, но она не увидела.

Смирившись, Саша повернул назад. По дороге бросил взгляд на киоск, на другой стороне улицы. Человек, который следил за ними от университета, все еще был там. Саша принял беспечный вид, даже начал насвистывать, переходя дорогу, чтобы не выдать себя, а затем резко двинулся к цели – потребовать объяснений.

Элиз была весьма колоритной особой. Никто не знал ни ее возраста, ни ее прошлого, а смельчаки, пытавшиеся выведать хоть что-нибудь, надолго запоминали полученную отповедь. Элоиза радостно поздоровалась:

— Привет, Элиз!

Но старушка не обернулась. Элоиза повторила имя трижды, каждый раз все громче, пока та наконец не отозвалась. Неужели она совсем теряет слух?

— Привет, красавица! Сегодня курица с кукурузой, будешь? Тебе не помешало бы подкрепиться, а то одна кожа да кости.

— Нет, все нормально, я не голодна, – соврала Элоиза.

С каждым годом Элиз все щедрее лила на себя духи – дешевую жидкость с рынка, – убежденная, что покупает остатки из чана великого парфюмера. Химический шлейф плохо сочетался с ароматом, который поднимался из котла.

— Оставь свои блюда для подопечных, – сказала Элоиза, – и для птиц.

— О, моя сладкая, птицам я теперь почти ничего не даю! Колени уже не сгибаются так, чтобы перешагнуть порог балконной двери и наполнить кормушку. Но я вполне могу накормить одного воробушка. – Она настойчиво протянула девушке дымящуюся миску.

Элоиза с опаской попробовала суп.

— Надо же, а ведь вкусно!

— Конечно, вкусно. Иначе зачем бы они приходили каждую неделю столько лет? – ответила старуха, указав на очередь бездомных.

Элоиза улыбнулась и съела еще ложку. Сколько она себя помнила, Элиз всегда была частью пейзажа – как вековые надгробия, которые не сдвинет с места даже самая страшная буря. Каждый четверг ровно в пять вечера, невзирая на снег или жару, она вставала рядом со входом на кладбище, раскладывала пластмассовый столик для кемпинга, ставила на него стопку разномастных плошек, разжигала старую горелку прямо на земле и варила суп в сосуде, больше похожем на ведьмин котел, чем на обычную кастрюлю. Летом она ограничивалась гаспачо.