Книга Злодей второго плана, страница 34 – Галина Владимировна Романова

Нинель, вернувшаяся с перекура за минуту до этой вот самой демонстрации гнева, недоуменно за всем наблюдала и от расспросов воздерживалась. Но с тоской в сердце думала, что ее лучшего коллегу, приятеля буквально, должно быть, увольняют.

Усевшись на место, она сердито двинула гору бумаг по столу, подперла щеку кулачком и стала ждать возвращения Аркадия.

— Ну вот и все! — встав в центре кабинета, он наклонил голову. — Засим раскланиваюсь…

— Уволили, падлы?! — вырвалось у Нинель.

— Нет. В отпуск отправили. Сказали, что я им всю отчетность порчу неиспользованными отпусками. А у них проверка на носу. Только врут!

— Конечно, свистят, — выпалила Нинель и добавила несколько непарламентских выражений. — Это с чего такая немилость, Аркаша?

— Думаю, Вязов постарался. Настучал.

— По поводу?

— Ну, что я письмо от покойного подзащитного бывшему подзащитному передал.

— Ага… — Нинель нахмурилась, проговорив про себя всю эту словесную белиберду. — А зачем?

— Зачем передал письмо?

— Нет. Зачем Вязову об этом рассказал, Аркаша? Это же ты сам ему рассказал, так? Не сорока же на хрену ему принесла. — И Нинель еще раз выматерилась.

— Сорока носит на хвосте, — поправил ее рассеянно Ступенков.

— А это не одно и то же? — фыркнула Нинель. И уточнила: — А сколько гулять в отпуске будешь, Аркаша?

— Три месяца! Они насчитали аж девяносто дней, не отгулянных мною, — возмутился он. — Чем прикажете мне все это время заниматься?!

— А оплатят?

— Попробовали бы не оплатить. — фыркнул Ступенков. — Мы же юристы, Нинель. С законодательством на «ты». Три месяца! Я от тоски подохну!

— Не ной, Аркаша. Мне бы так… — Не без зависти произнесла Нинель. — Сижу тут как лярва последняя, бумаги лопачу. А тебе, Аркаша, надо как-то свою репутацию попытаться вернуть. Ты же адвокат от бога! Хватит тебе уже за крохи последние тут портки протирать.

— Как ее вернуть-то, милое дитя? — глянул он на нее с грустным умилением. — Встать с плакатом на центральной площади? Вспомните меня!

— Не неси вздор, Аркаша! — прикрикнула она на него. — Поначалу ты сдулся, потому что овдовел. Так? Так. Растерял клиентов и слил свою репутацию в сортир. Тут более или менее у тебя наладилось, так ты снова в опале. Ты из-за кого пострадал? Из-за Лаврентьева? Из-за мента этого бывшего? Из-за его скверного дела, которое вылилось в последствия?

— Получается, что так.

— Вот и поезжай к нему. Вместе организуйте поиски убийцы его невесты.

— Вязов убийцу уже нашел, — скривился Аркадий. — Уже отчитался. И дело закрыл в связи со смертью главного подозреваемого.

— Ну так подозреваемого, не осужденного, Аркаша!

— У него на руках его признательные показания по всем эпизодам. Кроме, правда, последнего. Он огороды городить не станет — Вязов этот. Уже дырки, наверное, на погонах сверлит для новых звезд. Вот взял и сдал меня нашему начальству, что я письмо посмертное передал не в те руки! Ему должен был, а отдал адресату. Вот как ему можно доверять?!

Тут Нинель пустилась в пространные рассуждения на тему, что доверять никому нельзя в принципе, а уж ментам доверять — себя не уважать. Добавила, что не особенно верила, что убийца Вороновой Анастасии — ее брат.

— Кто же тогда убил Настю? — посмотрел на нее с сомнением Аркадий. — Знаешь, Нинель, ее братец тот еще отморозок… был. Вел беспутную жизнь. Пил много. Когда напивался, не понимал, что творит.