Книга Причём здесь любовь, страница 12 – Сара Лис

— Окей. Спасибо. Ты просто ангел.

Он хмыкнул и переключил передачу.

— Лена, ты не боишься снова спину травмировать? Понимаю, тебе нравится, но это опасно. Следующее падение может оказаться последним. Тебе противопоказано.

— Вить, у меня всё под контролем. Такого у нас не бывает, — вывела меня из себя собственная уверенность. — Она сделала это специально. Вся команда видела. Новенькая, борзая.

— Я всё видел…

— Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым из-за того эпизода, но у меня стойкое ощущение, что это была заявка на тебя. В такие игры я не играю, сразу говорю.

— Возможно. Но не заморачивайся, ладно? Я разберусь.

Ладно. «Разберётся», так «разберётся». Я смотрела, как он рулит.

В салоне играла музыка. Витя вёл аккуратно, уверенно: спокойно вливался в поток, ловко перестраивался. Его руки крепко держали руль. Красивый, высокий, спортивный — мечта девчонок. Внимательный, весёлый, хороший собеседник. Внимательный, правда, на своих условиях.

Проснувшись около полудня, быстро перекусив, я решила отложить зубрёжку и записать рилс. Давно хотела выложить новое видео, но тянуло на что-то «своё» — и наконец нашла песню, которая легла под пальцы и тревожила внутри.

«Тихо иду по краю, словно я тебя не вижу и совсем не замечаю…»

(Юля Паршута, «По краю».)

Я пару раз прогнала отрывок, подготовила пространство, свет, привела себя в порядок и начала запись. Обычно я снимала короткие видео — упор на гитару и строки, которые особенно цепляют. Пока добилась нужного дубля, обработала — на улице уже стемнело.

На мгновение задержала палец над «Опубликовать» — и всё-таки выложила. Результатом я была довольна.

Мама отдыхала, отец ещё не вернулся. Я спустилась в гостиную. Из кухни тянуло чем-то ароматным, мясным и слюноотделительным.

— Мамочка, что за божественный аромат?

— Ужин. Сегодня Ксюша с Павликом приедут. Голодная? Опять весь день с телефоном просидела? — скорее проворчала она по привычке.

— Ела. Просто рилс долго записывала, — я постаралась говорить спокойно, без оправданий.

— Что за песня?

— Та, что тебе не понравилась. Ты говорила, что не любишь все эти метафоры. А мне она почему-то созвучна.

— М-м-м… — мама сняла очки, положила рядом. На переносице остался розовый след.

— Лена, а Витя всё ещё занимается борьбой?

— Да, мама.

— А планы у него какие? Вам скоро выбирать.

— Мам, у него выбор невелик. Отец видит его неврологом.

— А сам Виктор что хочет?

— Не знаю, у них сейчас голова занята Андреем. Думаю, Витя пойдёт по стопам отца.

— А что с Андреем?

Мне пришлось рассказать маме про зависимость брата. Она слушала, качая головой и крутя кольцо на пальце.

— Бедный мальчик, — вздохнула она. — Вся семья — заложники его зависимости.

— Я теперь побаиваюсь ездить вечерами в электричке, — призналась я. — Триггерит: неизвестно, кто окажется рядом. Стараюсь выбирать людные вагоны.

— Да? Есть повод волноваться?

Я неопределённо повела плечом, вспомнив пустой холодный вагон, тёмные стёкла с редкими огнями. Неуютная картинка.

Мы помолчали. В кухне тихо щёлкнуло — духовка перешла в подогрев.

Я решила поговорить с мамой о воскресенье.

— Мама, хочу с тобой кое-что обсудить. Как два взрослых человека.

— Давай попробуем, — она даже усмехнулась.