Книга По ту сторону тени, страница 114 – Каролина Роннефельдт

Когда квендели осмелились оглянуться, они с облегчением поняли, что преодоленное ими расстояние превысило сотню широких шагов. Верхушка холма все еще хорошо просматривалась между деревьями. Лес выделялся темным силуэтом на бледном фоне неба, а где-то неподалеку от поляны мерцал свет. Должно быть, это горело сухое дерево, которое, несмотря на дождь, ярко пылало после страшного удара молнии. Однако отблески огня были не раскаленными, а холодными и бледными. При виде этого страх квенделей перед тем, кто на крыльях бури слетел с неба на вершину холма, несомненно, преследуя беглецов, вспыхнул с новой силой.

Молодой Винтер-Хелмлинг откинул капюшон и широко раскрытыми глазами по очереди оглядел спутников.

— Оглуши его черная труба смерти, невозможно даже понять, кто там на самом деле бушует в небе! Так же было и в Баумельбурге, когда молния ударила в дубовый круг, – вздрогнув, сказал Горм.

— О, если он захочет, то с легкостью нас поймает, – добавила Гортензия, и ее губы скривились в горькой улыбке. – Разве что Охотник захочет повеселиться и даст нам побегать.

— Но нас пока не поймали, – возразил старик Пфиффер, стараясь, несмотря ни на что, сохранять уверенный тон. – Поэтому мы должны двигаться дальше как можно быстрее, но не раньше, чем выпьем воды.

Договорив, он воткнул трость в мокрую землю, чтобы достать кожаную флягу, которую носил на ремешке на спине вместе с рюкзаком и маской. Остальные заколебались. Простое предложение Одилия казалось почти нелепым в таких драматических обстоятельствах, однако все подчинились и выпили из своих запасов родниковой воды. Наконец Горм подвел пони к ручью, чтобы напоить и его, а Гортензия подставила чашку под струи дождя.

— Я не доверяю воде из этого ручья, – объяснила она в ответ на вопросительный взгляд Бульриха. – Все, что приходит из этого мира, – плохо и может сильно навредить, о чем мы узнаем слишком поздно.

— То же самое можно сказать и о дожде, – тихо сказал ее сосед. – В конце концов, он падает с неба, по которому носятся враждебные силы. Мы не сможем избежать всех опасностей, даже если будем проявлять бдительность. Но, быть может, опасности таятся вовсе не там, где мы думаем.

Гортензия облизала губы, смакуя дождевую воду и слова Бульриха, но в ответ ничего не сказала.

Квендели стали осматриваться, чтобы понять, куда их завел стремительный бег. Лесная низина казалась такой же малоприветливой, как и поляна на холме, но хуже всего было то, что буря, застигшая их наверху, все еще клубилась в небе, словно не могла двинуться дальше. Даже если это была обычная гроза, во что никто не верил, здесь, внизу, порывы ветра заставляли деревья жутко стонать и скрипеть.

— Клянусь Эстигеном Трутовиком! Лес, один лес, куда ни повернись, – прохрипел Биттерлинг, – и, кроме этого ручья, не за что зацепиться. Все выглядит одинаково, а небо заслоняют верхушки деревьев, хотя это меня только радует, ведь не придется видеть тех, кто там бушует. На солнце, луну и звезды все равно надежды нет, одни только черные призраки наверху. Будем надеяться, Бульрих, что твой Источник Никельщика не заканчивается в тихом лесном озере, а вытекает на открытое пространство, потому что все эти темные деревья и тишина кажутся мне всё более зловещими с каждым шагом.