Книга По ту сторону тени, страница 241 – Каролина Роннефельдт

К концу его речи путники помрачнели, улыбки на их лицах растаяли.

— Мы нашли лошадь и всадника на пустоши, куда пришли, повинуясь крику вóрона, и то была не одноглазая птица, – произнес Гундомар в наступившей тишине и скорбно нахмурился. – С тех пор мы ничего не слышали ни о его хозяине, ни о его брате. В потустороннем мире вести находят нас медленно, потому что мы сторонимся беспокойных мертвецов. Всех, кроме одного.

— Кроме Полузуба, – пробормотал Звентибольд, – нашего Эстигена Трутовика.

Воины-хульды кивнули.

— Да, он был особенным, – сказал Гундомар, – и в смерти, и в прежней жизни. То, что он оказался здесь, не только проклятие, но и благословение, ведь так он в последний раз поддержал своих, и его предназначение исполнилось. Один шаг следует за другим, но впереди долгий путь. Могучие силы пришли в движение, и никто не знает, вернется ли старый порядок или наступит вечная зима. Однако, как я уже говорил, нас эти события не коснутся, ибо никто не сможет добраться до нашего царства, если мы сами того не пожелаем, пусть ради этого нам придется распрощаться с золотым светом солнца.

— Что ж, во всяком случае, вы унесете с собой в глубины лунный свет, – заметил старик Пфиффер. – Оглянитесь вокруг! Ничто не сияет ярче, чем серебро Безмолвных, и раз уж вы умеете проходить сквозь стены и камни, как сквозь воду, то наверняка способны не только прятаться.

— Быть может, ты и прав, – сказал Гландифер. – Но сейчас на свет выходят бывшие наши сородичи; те, что предпочитали вести тихую жизнь, оставаясь незамеченными и скрываясь вдали от великих народов; те, что редко шли навстречу опасности, тем более с мечом в руках.

— В Сумрачном лесу ты сказал, что мы вместе изгоним темные тени, – обратился Бульрих к Гундомару, и в голосе картографа послышался затаенный упрек.

— Они украли одну из наших девушек, которую глубоко чтят хульды, – добавил Карлман. – Она похожа на вас – иногда такое случается с потомками старых кланов, когда у них общие предки. Здесь стоит ее брат Горм, который, несомненно, рассказал вам о судьбе своей сестры Гризельды.

Услышав это имя, оба воина едва заметно вздрогнули, что не укрылось от глаз квенделей. О да, они, несомненно, были знакомы с младшей дочерью Винтер-Хелмлингов, однако Горм непритворно удивился. Его изумление быстро сменилось мрачной решимостью, и он обернулся к своим спасителям.

— Что вы знаете о моей сестре? – спросил он. – Ведь я спрашивал вас о ней, и вы мне ничего не сказали. Почему? – В голосе Горма звучала тревога, но молодой квендель заставил себя продолжить: – Она умерла? Во имя всех лесных грибов, скажите мне сейчас же!

Он подошел к хульдам так близко, что Гундомар предостерегающе поднял руку. Его жест был успокаивающим, но решительным. В мерцающей серебром пещере между квенделями и Безмолвными вдруг возникла невидимая стена – ощутимая и непреодолимая.

— У каждого народа своя история, – произнес Гундомар. – Наша научила нас величайшей сдержанности: мы мирные и внимательные, но предпочитаем не вмешиваться и отступать в случае опасности, как пугливые олени на опушке леса.

— Скорее, как пугливые кролики, которые разбегаются по норам, стоит показаться лисе! – воскликнула Гортензия.

— Молчи, – прервал ее Гландифер. – Ни слова больше! Ты так и не поняла, с кем имеешь дело. Дикий Охотник не просто лис, а такой же волк, как и его стая! Он ищет нас по многим причинам и не пожалеет любые средства, чтобы добиться цели, даже среброволосую девушку из Холмогорья, которая наивно бродила нашими тропами. Однако тайные пути народа хульдов предназначены только для своих. Судьбы чужаков Безмолвных не касаются.