Книга По ту сторону тени, страница 244 – Каролина Роннефельдт

— В небытии руины тают с зияющею пустотой, она проходит через мост, а там, с размаху, в мир иной, – перебил его Бульрих. Воины-хульды изумленно посмотрели на картографа.

— Нам рассказал об этом Фендель, – пояснил старик Пфиффер.

Вместе с Бульрихом они рассказали Гундомару и Гландиферу о видениях Фенделя, по очереди повторяя строки стихов, которые Эйхаз читал на ночном собрании в доме Бульриха.

— Кое-что из его слов уже сбылось, – сказал в заключение Одилий. – Мы шли за размахом вороньих крыльев, и без добрых наших проводников мы бы далеко не ушли в Стране теней. А вот Фендель, похоже, очень боялся «грозного исполина» – так он называл крепость Погибели. К сожалению, он видел только шестерых, кто входит под сень страшных башен.

— Паутина в мозгу и мухоморы! Нельзя безоговорочно верить этим видениям, – горячо возразил Горм. – Может быть, все не так, как кажется. Мой сон тоже закончился по-иному, верно?

— Сделаем так, – предложил Гландифер. – Мы проведем вас через крепостную стену Погибели, а дальше будем надеяться, что одиннадцать квенделей встанут с нами у входа на каменный мост.

— Однако, кроме засады, могут появиться и другие причины, по которым только шестеро из вас перешагнут порог цитадели, – добавил Гундомар.

— На что это вы намекаете? – спросила Гортензия.

— Мы оставим вас у моста, – повторил Гландифер. – Но окажем вам последнюю услугу, сопроводив на свет второй отряд, который в зимнее солнцестояние вышел из страны холмов, ибо они пересекли границу тени под землей.

На мгновение воцарилась тишина. Квендели не поверили своим ушам.

— Серые поганки, вы говорите о Моттифордах? – хрипло задал Биттерлинг вопрос, который был у всех на уме.

Воин кивнул.

— Их дом стоит высоко над рекой, которую вы называете Сверлянка, – продолжил Гундомар. – Их вождь несокрушим, и отряд следовал за ним преданно и храбро. Однако вскоре они сбились с пути в подземелье потустороннего мира и едва не встретили смерть и забвение в темных коридорах. Мы указали им верный путь наверх.

Квендели разом вскочили и разразились радостными криками, а Траутман залаял.

— Моттифорды! Святые трюфели, они живы! – наперебой кричали все.

Пирмин обнял Блоди и поцеловал его в лоб.

— Это и самом деле хорошее предзнаменование! Лучшего и быть не могло! – рассмеялся он, обращаясь сначала к сыну, а потом к воинам-хульдам. – Спасибо, что не бросили их! Где же мы встретим Моттифордов?

— А мои родичи из Квенделина? – раздался неуверенный и печальный голос Эппелина. – Есть ли у вас хорошие новости и для меня?

— Нет, – скорбно ответил Гландифер. – У нас нет известий о тех, кто в день зимнего солнцестояния спозаранку отправился к призрачным высотам, которые еще осенью высились перед бледными горами.

Веснушки Эппелина проступили отчетливее – он сильно побледнел, стараясь сохранить самообладание.

— Нет известий… – беззвучно повторил он.

— Не тревожься, это вовсе не означает, что несокрушимые Райцкеры пропали, – услышал он рядом с собой чей-то голос, а потом и второй: – Они обязательно появятся, позже, но вовремя. Как и положено квенделинцам.

Эппелин поднял голову и посмотрел на Карлмана и Горма.

— Спасибо, друзья, – пробормотал он, – что напомнили мне об этом в минуту слабости. Ведь как только все наконец-то становится хорошо, тут же что-то плохое омрачает прежнюю радость. Весточка о Моттифордах – уже чудо. Когда же мы увидим их снова?