Книга По ту сторону тени, страница 267 – Каролина Роннефельдт

— Я присмотрю за Нибелунгом, пока ты бродишь с младшим Шаттенбартом в поисках сестры, Горм Винтер-Хелмлинг, – прошептал Одилий. – Или, вернее, мы все присмотрим за твоим пони, ведь он наш верный спутник. Однако тебе не следует оставлять без присмотра другое животное, хотя, конечно, моему коту будет грустно без прелестной Арвы – по крайней мере, до тех пор, пока мы все не встретимся вновь.

— Мы думали, ты спишь, – пробормотал Карлман и снова замолчал, не зная, придется ли ему теперь придумывать подробный план предстоящих действий. Пока они с Гормом лишь договорились тайком пробраться в цитадель.

Сидя у скалы, Карлман рассказал брату Гризельды о блуждающем огоньке, который вывел его из оцепенения на мосту и благополучно переправил всех на другую сторону, и о том, что в виде огонька к нему явилась его покойная мать, хотя с тех пор она больше не показывалась. Горм недоверчиво выслушал его и спросил, как Карлман собирается проникнуть в цитадель, и еще больше изумился, когда тот ответил, что снова хочет прибегнуть к помощи Бедды.

— Но где же она? – Горм огляделся и наконец посмотрел на небо, которое становилось все темнее и темнее, словно наступал не полдень, а вечер.

— Я знаю, что в трудную минуту она окажется рядом, – твердо проговорил Карлман.

Увидев, как блестят его глаза, Горм счел за лучшее не противоречить другу. Тем более что он знал, что и сам поступил бы точно так же, если бы сестра явилась ему, к примеру, во сне.

Одилий согласился с тем, что их маленькому отряду пора снова разделиться, и даже не стал будить Бульриха, чтобы картограф мог в последний раз обнять племянника. Из темноты вынырнула проворная тень и превратилась в дымчато-серую кошку Гризельды. Она потерлась о ноги старика Пфиффера и дружески коснулась носом носа рыжего Райцкера. В следующий миг Арва проскочила мимо Карлмана и Горма в расщелину, словно давно знала, что отправится с ними в путь.

«Умные животные и добрые ду´хи, – мысленно произнес Карлман, – пусть последние не оставят нас в предстоящих делах».

— Увидимся на Поле мертвых, Одилий, – тихо, но решительно сказал он вслух. – Передайте Бульриху и остальным, что мне жаль, что я…

— Будьте осторожны и делайте то, что должны, – прервал его старик Пфиффер и положил руки на плечи молодым квенделям. – Удачи, и возвращайтесь с Гризельдой!

Карлман и Горм поблагодарили его безмолвными кивками. Чувствуя прилив уверенности, они натянули на лица маски и, не оглядываясь, выскользнули из укрытия, даже не задумавшись, что вряд ли с легкостью найдут его снова, потому что в нагромождении камней все выглядело одинаково.

«Бульрих нас поймет, возможно, даже Звентибольд поймет. А Гортензия, пожалуй, вряд ли, – подумал Карлман, не понимая, что ошибается. Он прошел всего несколько шагов, как его начала мучить совесть. – Что ж, мы не попрощались, а значит, расстались не навсегда – это просто короткая разлука, мы встретимся завтра», – пообещал он себе, дяде и другим спутникам.

С этой минуты они с Гормом остались одни в чуждой каменистой пустыне на территории крепости Погибели. Сквозь скалы к цитадели вел только один извилистый проход. Этот путь вскоре разделялся – либо вниз к Борозде мертвых, либо вверх к крепости. Но пока что видно вперед было не дальше чем на полшага, и, поворачивая за угол, друзья не знали, кто их там ждет. Сверху защиты тоже не было, и каждый шаг квендели предпринимали на свой страх и риск.