Книга Они были братьями. Часть 2, страница 84 – Артём Март

— Оценка тебя не спасет.

— Из-за меня все это началось, — он приложил руку к груди. — Если б я тогда не ударил того парня…

— Если бы ты не ударил того парня, — перебил его я, — мы бы все равно пришли к тому, к чему пришли.

Саша нахмурился, глядя мне в лицо. Не выдержав, отвел глаза.

— Эти люди считают, — продолжил я, — что мы своим появлением накликали на них беду. И они правы. Но обратной дороги ни у нас, ни у них теперь нет. Единственный шанс уцелеть — дать отпор. Я это понимаю, ты это понимаешь. А они — пока нет.

Я поймал взгляд и посмотрел на Хаджи Абдуллу. И добавил:

— Но я это исправлю.

— А если у тебя не выйдет, — покачал головой Саша. Тоже глянул на Хаджи. — Посмотри на него. Он кажется матерым.

— Матерый, да. Но выбора нет. Саша, — я положил Саше руку на плечо. — Вы нужны мне здесь. Вы должны защищать остальных с оружием в руках. — Я кивнул на саперов и Астафьева. Они вооружились автоматами из схрона, но выглядели не очень уверенно, даже держа на груди оружие.

— Если что-то пойдет не по плану, — продолжил я, — если афганцы решат наплевать на собственные заветы, нам придется защищаться. Вам придется защищаться. Потому что я защитить всех, защитить их, — я указал на саперов, — не успею. Понял?

— Понял, — не сразу ответил Саша.

— Хорошо. Я рассчитываю на вас. Будьте начеку.

Ничего не ответив, Саша кивнул.

Тогда я направился к площадке, на которой уже ждал Хаджи Абдулла. По пути я расстегнул ремень, вынул из ножен свой нож. Отбросил ремень в сторону, и кто-то из саперов тут же подобрал его.

— Эй, Дагдар! — крикнул мне Стоун вдруг.

Я обернулся.

— Надери ему задницу как следует!

— И от меня добавь, — выкрикнул Горохов, неловко переминаясь с больной ноги на здоровую.

— И от меня, — кивнул Фокс.

— Добавлю, — улыбнулся я. А потом зашел на площадку.

Хаджи стоял напротив, держа клинок в низко опущенной руке. Он до сих пор не встал к бою. Просто застыл и странно смотрел на меня.

— Дагдар? — шепнул кто-то из местных.

— Дагдар…

— Дагдар.

По толпе покатился рокот: где-то удивленный, но в основном насмешливый. Один афганец даже громко рассмеялся.

— Как тебя назвал этот шурави? — спросил вдруг Хаджи, не сводя с меня взгляда.

— Дагдар. Это мой позывной.

Он хмыкнул.

— Слишком сильное имя для такого юнца, как ты.

— Уж какое дали.

— Дали? Я не поверю, что тебе его дали, — покачал головой Хаджи Абдулла. — Скорее, что ты назвался так сам, услышав красивую легенду, родившуюся в наших горах.

Он потрогал мизинцем свою щеку в том месте, где у меня был шрам.

— Одной только отметины мало, чтобы так назваться, — он усмехнулся снова и снисходительно покачал головой. — Твоя наглость не имеет границ, шурави.

— Ты будешь болтать или драться? — проговорил я и сгорбился, подняв нож.

Хаджи медленно повел плечами, разгоняя застоявшуюся в мышцах кровь. Потом столь же медленно принял боевую позицию. Поднял руки и молниеносным движением перехватил кинжал обратным хватом.

— Ну что ж, Дагдар, — сказал он насмешливо, — посмотрим, стоишь ли ты того имени, которое носишь.

Хаджи сдвинулся с места первым. Он медленно, пружинящими, мягкими шагами пошел полукругом, не сводя с меня своего холодного, сосредоточенного взгляда. Я не сдвинулся с места, наблюдая за ним и держа нож наготове.