Книга Время, вперед!, страница 2 – Артём Март

— Я ему говорю: жри, мол, пока дают, — встрял Ларин. — А он зыркает. Наверное, по-нашему ни слова не понимает. Или притворяется. Вот я думаю, может, ему пальцем показать? На еду? Чтоб понял?

— Он понял, — сказал я. — Не волнуйся.

— Ага, — Ларин оживился. — Я так и думал. Он, наверное, специально молчит. Как шпион. Чтоб мы расслабились, а он потом — раз! — и сбежит. Но мы не расслабляемся. Мы бдим.

— Бдим, — подтвердил Худояров с той же ленивой ухмылкой. — Особенно Ларин. Он даже во сне бдит.

— Да ну тебя! — Ларин пихнул напарника локтем. Тот только хмыкнул.

Я уже собирался уходить, когда появился Саша. Он нёс миску с едой — обычную порцию для Грейвза.

Однако я сразу заметил, что он идёт как-то не так. Саша был слишком напряжён. Шел как-то слишком прямо, будто бы нарочито показывая всем свою осанку. Смотрел он прямо перед собой, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. Рука, придерживающая миску, чуть подрагивала — едва заметно, но я уловил этот момент.

— Паша, — окликнул его я.

За долгое время службы, после того как мы поменялись с ним и именами, и биографиями, я думал, что уже давно привык быть Сашей. Однако, когда тут появился мой брат, нет-нет да и приходилось припоминать, как его позвать, чтобы не оговориться.

Саша будто бы сначала не заметил меня, но когда я позвал его снова, он вздрогнул. Совсем чуть-чуть, но я это увидел. Его глаза на мгновение расширились, потом сузились. Он поджал губы.

— Несешь Грейвзу обед?

— Ну… Да… Верней — так точно, — пробурчал Саша растерянно, — а что?

При этом Саша замедлил шаг, будто бы чего-то от меня ожидая.

— Все нормально? — спросил я.

Бойцы-десантники тоже переглянулись. Да так, будто бы и они почувствовали Сашины скованность и растерянность.

— Ну… Ну да — пожал плечами Саша.

Я промолчал. Что-то странное было в поведении брата.

— Пойдем вместе, — сказал я. — Я проверю Грейвза.

Саша будто бы испугался.

— Да… Да зачем? Я сам! Чего его проверять-то? Сидит да сидит…

— Пойдём, — повторил я и уже двинулся к сакле. — Вот и посмотрю, как он там.

Саша помедлил. Я чувствовал его лихорадочный, какой-то мечущийся взгляд. Потом он кивнул и пошёл следом.

Внутри сакли было темно и сыро. Пахло глиной и немытым телом. В первой, мужской скромной комнатке дежурили часовые. Во второй — за ветхой деревянной дверью, сидел пленник.

Я поздоровался с парнями, и мы с Сашей прошли во вторую комнату.

Грейвз сидел у дальней стены, руки связаны за спиной.

Когда мы вошли, он поднял голову и перевёл взгляд с меня на Сашу. Его глаза, холодные и настороженные, задержались на моём брате чуть дольше, чем на мне. Он что-то почувствовал. Может быть, напряжение. Может быть, его страх. У пленных часто обостряются чувства. Ведь они всегда чего-то ждут.

Саша поставил миску на пол. Выпрямился. Его рука на мгновение дрогнула у пояса — но не двинулась дальше. Он просто стоял, опустив плечи, и смотрел в стену. Грейвз не притронулся к еде. Он продолжал переводить взгляд с одного на другого, и в его глазах появилось что-то похожее на понимание.

Я задержался ещё на пару секунд. Просто чтобы убедиться, что всё спокойно. Потом вышел. Саша вышел следом.

Когда мы отошли достаточно далеко от сакли, я остановился и повернулся к нему. Протянул руку ладонью вверх.