Книга Мифы близкого будущего, страница 97 – Джеймс Грэм Баллард

Перспектива встречи с ними, после всех этих лет, через буквально несколько часов заставила меня почувствовать легкое головокружение. За три дня, проведенных в казармах японской жандармерии, я практически ничего не ел – и теперь уплетал отварной рис из плетеной корзинки на сиденье рядом со мной. Даже вид трупов, чьи ноги и головы тряслись, плохо прикрытые брезентом, в кузове грузовика Хадсона, был не в силах испортить мне аппетит. Когда я загружал тела в машины, я сразу подметил, сколь хорошо они почти все выглядят – упитаннее и живее любого среднестатистического заключенного из моего лагеря. Наверное, они содержались в специальных лагерях для интернированных и просто по случайности пали жертвами американских воздушных атак.

Налегая на руль грузовика одной рукой и зачерпывая рис другой, я немного ослабил нажим ноги на тяжелую педаль, чуть увеличивая дистанцию между машиной Хадсона и моей. Ни скорби, ни волнений не было в моей душе. Слишком много бессмысленных смертей я повидал за время жизни в лагере – в нем самом и в его окрестностях. К телам, загруженным в кузов, я не питал никаких эмоций. Я хватал их за окоченелые руки и ноги словно автомат. Не пытался быть аккуратным или почтительным, не стеснялся и не страшился их. Меня ведь всего лишь вынудили их грузить. Наверное, где-то глубоко в душе я все-таки умер.

Через час после выезда со стадиона, когда мы проехали уже около десяти миль, Хадсон начал тормозить – его машина шла по ухабистой дороге чуть ли не на прогулочной скорости. Где-то в полумиле от реки мы попали в очередной безрадостный пейзаж. Неухоженные каналы и затопленные рисовые поля тянулись со всех сторон, и дорога превратилась в собственное жалкое подобие – не дорога больше, просто серия узких дамб.

Ушедшие крестьяне-китайцы оставили после себя лишь могильные холмы, насыпанные прямо на обочинах дороги. Концы дешевых гробов торчали из размытой дождем земли, как ящики для хранения овощей, – этакие шкафчики с запертым внутри наследием войны. Чуть поодаль, на реке, стоял завалившийся грузовой паром, перекрывший ход мутному водяному потоку. На выезде из деревни нас вместо знака встретил зеленый остов разведывательного самолета, сбитого американцами.

В десяти футах от меня грузовик Хадсона затормозил посреди проезжей части. Трупы в его кузове энергично закивали, словно члены политического собрания, дружно одобряющие вердикт лидера. Дверь кабины распахнулась, и Хадсон спрыгнул наземь.

Он разложил карту на капоте своего грузовика, провел пальцем по широкому каналу, вдоль которого мы двигались в течение последних десяти минут.

— Мы должны пересечь эту штуку, прежде чем доберемся до главной дороги. Тут впереди есть мост. Выглядит слишком мелким для бомбежки – надо полагать, цел.

Своими сильными руками он начал срывать наклейки с бортов и лобовухи грузовика. Он был изможден и явно страдал от недоедания, но выглядел в тот момент сильным и преисполненным решительной несокрушимости. Время, проведенное за баранкой грузовика, явно пошло ему на пользу – он, в отличие от меня, взбодрился и захмелел. У него была бутылка саке, к которой он то и дело прикладывался.

Нагнувшись под откидной борт грузовика, Хадсон пощупал шину на левом заднем колесе. Я заметил, что грузовик слегка заваливается, еще тогда, когда мы только-только доехали до канала.