Книга И все «вчера», страница 77 – Джоэл Моррис

Когда мать сказала «В тебе кровь твоего отца», он подумал не о крови в своих жилах, а о грозном мужчине – о крови мормэра Морея, пролитой после того, как он ускакал на коне. Это кровь звала мальчика и не давала покоя его отцу, стал он призраком или нет.

Той ночью ему приснилось, что голос матери журчит, бурлит, как вода. Он пытался найти ее в темноте. Она была недосягаемо далеко. Высоко на лестнице. На вершине горы. По ту сторону озера. Он бежал, и бежал, и бежал, то мчался вверх, то кубарем катился вниз, но никак не мог добраться до нее. На пустоши, за тем местом, где садится солнце, где он никогда не бывал, раздавался глухой стук. Он знал, что она там. Она держала горшок со свиной кровью. Кто-то стучал в дверь, кто-то отпирал замок его комнаты.

Он наполовину проснулся, пытаясь сбросить оковы сна. Леонас тоже вскочил, навострил уши, прислушиваясь к голосам, эхом разносившимся по коридорам.

Казалось, дом вдруг ожил. Гомон, затем тишина. Снова гомон. Еще голоса. Кто-то побежал. Остановился.

Леонас спрыгнул с кровати – шерсть дыбом – и ткнулся носом в дверь.

За дверью быстро переговаривались новые голоса. Потом они смолкли.

Дверь отворилась, и вошла его мать. Увидев, что он сидит, замерла. Она была в белом, в руке держала свечу.

— Вставай, – сказала она. – Одевайся.

— В чем дело? Что случилось?

— Король.

Пламя свечи дрогнуло от ее дыхания. В глазах у нее стояли слезы.

— Король умер, – сказала она.

«Вчерашний день освещает путь», – сказала однажды моя бабушка. Я запомнила это, как слова песни.

Накануне в дверь постучал слуга.

— Письмо, госпожа.

Я увидела печать Макдуфа, и у меня сжалось сердце. Король Малькольм скончался. Дункан скоро будет коронован. Нужно готовиться.

Все должно быть ясно. Королю Малькольму исполнилось восемьдесят, он вступил на трон задолго до моего рождения. Его смерть давно была предрешена.

Но вокруг лишь тени. Я не знаю, что мне делать с собой. Я смотрю из окна замка на черные стволы деревьев, на стоящий за ними лес. Я вижу себя в похожем лесу, я снова девочка и бегу в лес в тот день, когда мой кузен Макдуф повел Дункана на охоту.

Я перевожу взгляд на кромку леса и внезапно вижу женщину. Сердце обрывается в груди, я цепенею от ужаса. Это та самая женщина, которая встретилась мне много лет назад.

Я отшатываюсь, ищу, куда выплеснуть свой страх. Вспоминаю, кто я, кем стала. В моем распоряжении целый замок.

Я выбегаю из своих покоев, кличу стражу. Воины немедленно приходят на зов.

— Там на лесной опушке – женщина в черном плаще. Думаю, она замышляет недоброе. Найдите ее. Приведите ко мне.

Я спускаюсь вслед за ними по лестнице, слушаю, как они поднимают тревогу. Жду у входа. Мне незачем идти с ними. Эта женщина пришла ко мне. Пусть она встретится со мной здесь, в моих стенах, на моих условиях.

Страх туго свивается во мне. Я смотрю, как ветер гнет деревья. Я снова девочка на лесной поляне, строю пирамидки из камней. Стемнело, серые, как сажа, облака заволокли небо, клубясь над искривленными ветвями.

Какие-то птицы хрипло каркают. Я смутно слышу лошадиное ржание – это мальчишки на охоте – и продолжаю всматриваться в чащу.

Стражники возвращаются с пустыми руками.

— Госпожа, мы никого не нашли.

— Но она там!

Они стыдятся неудачи или считают меня безумной. Отводят глаза.