Книга Рассвет русского царства. Книга 17, страница 14 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Рубил долго. Мёрзлое мясо крошилось щепками. Он отрубил заднюю ногу, разделал на куски и нанизал на еловые прутья.

Ива вернулась одна. Кнут бросила у седла, села к костру напротив Ратмира и уставилась в огонь.

Светозар вышел из-за елей чуть позже. Обошёл Иву по большому кругу, за спиной у Ратмира, и сел с другой стороны, между Ратмиром и Гордеем.

Ели молча. Волчатина была жёсткая, но горячая, и после суток на льду Ратмир съел свой кусок в четыре укуса и взял второй. Ива грызла свой и не поднимала глаз.

Светозар доел первым.

— Сотник… — замялся он. — Там я видел тела наших… — он сделал паузу. — Копать не выйдет, земля как камень.

— Знаю.

— Можно на ели поднять, — предложил он. — Привязать. Зверь не достанет. А войско пройдёт они и снимут, да увезут в Казань или до Курмыша. Зима же… довезут.

Ратмир посмотрел на него.

— Верно, — сказал Ратмир. — Так и сделаем.

Ратмир не стал говорить, что о телах он думал в последнюю очередь. Но остальным это было знать ни к чему.

Поднимали тела до полудня.

Сначала подтащили наверх шестерых волокушей, по двое за раз. Верёвок было мало. Распустили волокушу, нарезали ремней из конской сбруи. Светозар лазил на ели, Ратмир с Ивой подавали снизу. Гордей сидел под деревом и вязал узлы на ремнях, потому что стоять не мог, а руки у него работали.

Тела поднимали по одному. Привязывали к стволу на высоте в два человеческих роста, на развилке, где сходятся толстые ветки. Каждого обкладывали лапником, чтобы птица не трогала.

Когда поднимали Степана, Светозар сказал сверху.

— Досталось ему… он гранату грудью накрыл. Я видел.

Ратмир перекрестился, и Ива следом за ним.

К полудню девятнадцать елей по краю гребня потемнели от лапника. Ратмир срубил на каждой затёску на высоте груди, чтобы белое дерево видно было издалека. Потом снял шапку.

— Господи, прими, — сказал он. — Заберём вас ребята… не бросим.

Потом обошли место боя.

Собирали, что осталось. Целые татарские стрелы для Ивы. Пару болтов. Ива нашла свой лук, вмёрзший в наст у сосны. Тетива была цела.

Больше всего повезло Ратмиру. Он нашёл коней. От кромки леса уходили на север две цепочки следов, и он прошёл по ним с полверсты. Кони стояли в осиннике, в низине, и объедали кору. Это были двое их заводных на одном поводу. На одном был вьюк. Ратмир развязал и увидел свёрнутый шатёр.

— «Вот и крыша, — подумал он. — Спасибо тебе, Господи, за коней. И за шатёр», — вспомнив про ночное сражение с волками, он ещё раз поймал себя на мысли, что это Бог их спас.

Выезжать решили сразу, не дожидаясь вечера. Коней было три на четверых. Гордей сидеть в седле не мог, пару раз проваливался в беспамятство. Ратмир посадил его на Барса позади Ивы, потому что Барс один мог выдержать двоих, и привязал ремнём к ней, за пояс. Сам ехал на одном заводном, Светозар на втором.

Шли вниз по реке. Татары ушли на юг, к Астрахани, а войско Шуйского шло с юга, навстречу. Если повезёт, след татар пересечётся с войском, и тогда их можно перехватить, пока те не ушли в свои степи. Если не повезёт, они хотя бы доведут войско до следа.

Ехали шагом.

Ива молчала первый час. Потом заговорила со Светозаром.

— Трус.

Светозар не ответил.

— Ты бросил его. Дима бился один. Ты слышал? Один!

— Боярин приказал.

— Приказал! Тебе приказали, ты и побежал! А если бы ты остался, если бы стрелял…