Книга Золушка в стиле вамп, страница 3 – Ирмата Арьяр

Поздним вечером мачеха и сестры умчались, гремя скелетами лошадей, впряженных в золотую карету, где золото было ржавчиной, а шелковые ленты — паутиной.

Когда часы в главной зале — собранные из черепов и натянутых сухожилий — начали отбивать одиннадцать, в подвале материализовалась Фея.

Золушка поморщилась от ударившего в нос запаха тины и прелого мха. Ведьма, кормившая ее все эти годы, не имела отношения ни к городу, ни к договору. Она выглядела так, словно древнее и мачехи, и города. Но девушка никогда не спрашивала ее имя, никогда не заглядывала под капюшон призрачного белого одеяния и не интересовалась, почему у Феи одна нога — костяная.

— Хочешь на бал, милая? — проскрипела старуха. — Но учти, магия самайна берет плату.

— Какую?

— Жизнь.

— Тогда какой смысл? — фыркнула Золушка.

— Твою старую жизнь, глупая. Магия Хэллоуина похоронит ее.

Золушка смотрела на ведьму, и впервые за восемнадцать лет ее сердце ускорило бег не от страха. Страх был ей знаком, как испачканный в золе фартук, — она носила его каждый день и почти перестала замечать. Но тут, под болотными глазами ведьмы, в ней шевельнулось что-то другое. Надежда. Та, что опаснее страха, потому что страх предостерегает, а надежда толкает вперед, даже если в конце пути — пропасть.

— Моя старая жизнь, — медленно повторила она, вытирая подсохшие грязные разводы на щеках. — Моя старая жизнь — это скоблить чужую кровь и ждать, когда меня съедят. Хорони ее, бабушка.

Ведьма почувствовала эту твердость, и в ее темных зрачках что-то одобрительно блеснуло.

— Тогда идем. Пора тебе выйти из башни, в которую тебя заточила твоя унылая судьба.

Впервые в жизни Золушка открыла входную дверь и ступила за порог дома. Ее радость соседствовала со страхом перед переменами. Что ждет ее? Может быть, в эту ночь она умрет. Может быть, умрет только старая жизнь и начнется новая.

Она посмотрела на сизо-алые тучи, вечно закрывающие небо над городом, словно там, наверху, был еще один слой земли. Но за ними — все равно встает и заходит солнце.

Старуха взмахнула кривым посохом с лезвием на конце, и над головой Золушки вспыхнул ослепительно-оранжевый свет. Прямо из земли перед крыльцом вырвалась огромная тыква. Её бока пульсировали, как больное сердце, а внутри, в вязкой мякоти, копошились личинки и муравьи.

Золушку передернуло от гадливости.

— Что поделать, эта земля иного не родит, — ухмыльнулась ведьма. —. Это твой транспорт. И твой таймер.

— Что такое таймер? — спросила Золушка.

— Если все получится, в новой жизни узнаешь.

Тыква трансформировалась. Её толстая корка выгнулась, ломаясь с желчным хрустом, превращаясь в изящную, но мертвенно-бледную карету из желтой полированной кости. Муравьи стали шестерёнками, а стебель — рулём. Коней этому транспорту не полагалось. Тыквенная мякоть теперь сочилась едким оранжевым соком, и капли его дымились, капая на черную землю.

— Этот сок — твоя защита, Золушка, — прошептала ведьма. — Пока он светится, ты выглядишь как одна из мертвых. Они увидят холодный, жуткий свет, который источает мёртвая плоть. Но в полночь магия выключится. Сок высохнет. Принц и его свита увидят твою теплую, красную, бьющуюся вену. Тогда у тебя будет один миг, чтобы решить, что ты хочешь. Поцелуй Принца и вечного существования в мертвом городе? Или неизвестной жизни, где ты никто, и где тебя никто не ждет.