Книга Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца, страница 56 – Марко Мальвальди

— По некоторым причинам, о которых – если ваша светлость соблаговолит выслушать меня с благосклонностью и терпением – я расскажу вам.

Тон более, чем что-либо другое, удивил Галеаццо. Капитан, который с самого начала речи Лодовико не сводил глаз с Леонардо, видел, что тот по мере того, как правитель Милана говорил, казалось, обретал, а не терял спокойствие. И теперь он говорил почтительным, но безмятежным тоном человека, который осознает не только свою правоту, но и возможность ее доказать – две вещи, что не всегда идут рука об руку.

— Говорите же. Я слушаю.

— Во-первых, есть письма, которые я отправил своим немногочисленным собратьям по искусству, о которых я вам говорил ранее. Это искусные мастера и инженеры, люди добросовестные, и я уверен, что они сохранили мои письма, как я храню их письма.

— Хорошо. И что дальше?

— Во-вторых, я сам вам говорил и настойчиво повторял, что Рамбальдо Кити был убит, а не умер от болезни или божественного вмешательства, как утверждали другие. Я был бы весьма неосторожен, ваша светлость, если бы сам прыгнул в ловушку, которую приготовил.

— Пусть будет так, допускаю. Есть еще что-то, что вы хотите мне сказать?

— Две вещи. Первая – я доверяю вашей беспристрастности, которую вы демонстрировали так много раз, и особенно насчет двух немцев из Капиаго.

В конце мая два немца, проживавшие близ озера Комо, в Капиаго, Якоб де Пессерер и Йос Краниц, были арестованы вместе с их слугой по обвинению в изготовлении фальшивых монет. Их жилище подвергли обыску, все вещи, находившиеся там, были изъяты и внесены в опись, и эту опись изучал непосредственно Моро, который с помощью Леонардо сразу понял, что оба были алхимиками. Но не фальшивомонетчиками. И не наивными алхимиками, пытавшимися получить золото, смешивая свинец и мочу, как часто делали вместо использования дисульфида цинка, который, как уже все знали, был самым подходящим средством для получения золота. У них была передовая лаборатория, материалы высокого качества, но не было ни чеканов, ни молотов, ни инструментов для чеканки. Они были освобождены одиннадцатого июня по указу, подписанному лично Моро, после одиннадцати дней тюрьмы и отсутствия пыток. В конце XV века такое встречалось не так уж часто.

— А вторая вещь?

— Вторая, ваша светлость, – это то, что у меня есть доказательства того, что Кити был не только фальшивомонетчиком, а вексель, который вы мне только что показывали – поддельный.

— Видите ли, ваша светлость, письмо подписано Бенчо Серристори, компаньоном Аччеррито Портинари и моим добрым другом во Флоренции. И оно четко датировано двадцать четвертым июня текущего года.

— Понятно. И что из этого?

— Видите ли, ваша светлость, двадцать четвертое июня – это праздник святого Иоанна Крестителя во Флоренции. Никто не работает в день святого покровителя. И поскольку я хорошо знал Бенчо Серристори, я уверен, он ни за что не оставил бы свой дом и, главное, свой праздничный стол в день святого Иоанна, чтобы отправиться в банк.

— Вы знали его?

— Да, знал, ваша милость. Бенчо Серристори умер во Флоренции первого июля этого года. Мне об этом сказала моя мать, Катерина, она приехала ко мне пожить ненадолго, и это было среди новостей, что она привезла из Флоренции.

Лодовико сложил руки перед лицом и стал тереть подбородок костяшками указательных пальцев, вверх-вниз. Это было отнюдь не герцогское поведение, но в тот момент более чем необходимое. Лодовико размышлял.