Онлайн книга «Позовите Малену. Ей доверяли жизнь»
|
— Вот о чем был этот кошмар, приснившийся тебе сегодня ночью. Тетка Ноннора положила узловатые пальцы на голову Малены и прошептала что-то неразборчивое. Та поняла, что это был бребус – старинный заговор, смесь молитв и таинственных языческих заклинаний. Знание, передававшееся из уста в уста, которое старуха получила от какой-то праматери, избравшей ее для этой трудной и всегда безвозмездной миссии, необходимой для поддержания равновесия в общине. — Не бойся – это чтобы отогнать Аммунтадоре[11], который явился к тебе ночью, сдавил сердце, обездвижил и лишил дыхания и голоса. Уходя, он оставил тебя застывшей в этом страхе, – произнесла тетка Ноннора, поглаживая Малену по волосам. – А теперь ступай, я устала и немного озябла. Перед уходом Малена посмотрела на старуху: та казалась изнуренной и разбитой, словно только что подняла огромный валун. На изрытом морщинами лице читалась вся ее жизнь. И жизни других. 10 Когда Малена выходила от тетки Нонноры, церковный колокол пробил полдень. На улице ей встретился отец Ньедду. — Иду крестить тех двух малышей – спасти их греховные души от Чистилища на случай, если Бог заберет их к Себе. — Я видела детей сегодня ранним утром. — Ты их уже покрестила? – спросил священник запальчиво. – Ты знаешь, что как повитуха в случае необходимости обязана совершить таинство крещения – но только в случае необходимости. И если ты это делаешь, обязана немедленно сообщить мне: я должен сделать запись в метрической книге. — Нет, я их не крестила, не посчитала нужным. И потом, – продолжила она, глядя ему прямо в глаза, – я знаю, что вы все равно захотите крестить их заново, ведь тут есть и ваш личный интерес. Священник посмотрел на нее, сдвинул биретту согнутым указательным пальцем и почесал лысину. — Ты ошибаешься и, как всегда, чересчур много болтаешь. Крайне редко случалось, чтобы я повторно прибегал к таинству, если ты его уже совершила. А если такое и происходило, то лишь потому, что, несмотря на все мои усилия наставить тебя на путь истинный, у меня порой возникают сомнения, способна ли ты правильно совершить важнейшее таинство Католической церкви – со всей той суетой, которую вы, женщины, разводите в подобных ситуациях, и с твоим языком как помело. Малена почувствовала, как в висках застучало, пронзила его взглядом, но не решилась высказаться вслух о вознаграждении, которое священник положил бы себе в карман по окончании таинства, а еще об отпущениях грехов и благословениях, напрямую зависящих от размера пожертвований. Отец Ньедду был крепким мужчиной с выпирающим из-под сутаны животом. За своим высокомерием он прятал неуверенность, мешавшую ему строить отношения с людьми; черная ряса придавала ему чувство значимости и личной неприкосновенности. Несмотря на то что он служил здесь священником уже более двадцати лет, норолянцы до сих пор добрым словом вспоминали его предшественника, отца Фадду – доброго, простого, но твердого человека, следовавшего евангельским заповедям на деле, а не на словах. «Полная противоположность отцу Ньедду», – подумала Малена. — Я и к тебе собираюсь зайти, сказать Джованни слово утешения. Но только потому, что об этом попросила тетка Дзицца. Когда они подошли к дому близнецов, их бабушка уже стояла в дверях и ждала. |