Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 343 – Василий Цветков

Возьмем теперь другую возможность, – что если Деникин где-то закрепится, как военная сила; тогда возможна надежда на поворот военного счастья, который был. Тогда ставка будет по-прежнему на вас; но она уже не будет безусловной; союзники слишком глубоко уверовали, что причина ваших неудач лежит в вас самих, в неправильности политического курса и если этот курс останется прежним, то они не поверят в возможность прочного успеха, и сейчас никакими словами вы их с этого пути не сдвинете. В чем они вас упрекают?

Главные пункты почти те же, что были раньше, следующие: во-первых, ваша аграрная политика, по их мнению, раздражила и еще больше испугала крестьян. Необходимо сейчас же легализовать «завоевания» революции и отдать захваченную землю в собственность тем, кто ее захватил путем купчих крепостей. Во-вторых, необходимо изменить отношение к инородцам. Воевать с большевиками, не имея на своей стороне инородцев и соседей, с их точки зрения бесполезно. У вас до сих пор считалось преступным понятие федерации; союзники же больше всего возвращаются к этому пункту своих прежних советов, и их точка зрения – именно федерация, т. е. соглашение, которое не может состояться, пока на фактические правительства инородцев мы будем смотреть не как на союзников, а как на изменников. Необходимо, наконец, приемлемое соглашение с Польшей и с Румынией (особенно с Польшей). Союзники поймут, что постольку… мы опустим национальное знамя, поскольку его поднимут большевики. Тут вопрос такта и меры. Но принципиально нужно согласиться и внести в это наибольше уступчивости. Наконец, третье и последнее – неудача того движения, которое мы здесь представляли, вернуло кредит тем нашим левым партиям, социалистическим, которые предрекали ваше крушение. Эти левые партии в значительном большинстве сейчас склоняются к примирению с большевиками. Конечно, идти с ними вместе при таких условиях невозможно, но зато, по мнению Европы, все те левые партии, которые не хотят мира с большевиками, должны быть вместе с вами. Одной из причин ваших неудач вообще считают вашу исключительность как в национальном, так и в политическом вопросе; вашу мысль, что вы можете обойтись своими силами, отвернувшись от социалистов даже тогда, когда они не рекомендовали примирения с большевиками. Верно ли это или неверно, но никакими словами вы сейчас в этом их не разубедите. Наши слова в последнее время были так неожиданно радикально опровергнуты событиями, что им более не поверят. Сейчас, когда речь идет о борьбе с большевиками, а не о примирении с ними вообще, наблюдается новая картина. Партии умеренные и буржуазные, по крайней мере лица этих классов и направлений, рекомендуют настойчиво помириться с большевизмом. На Англию произвело колоссальное впечатление, что послом для переговоров с Эстонией от большевиков явился не только Литвинов, но и сын покойного Бенкендорфа, которого хорошо знали в лондонском обществе. Так если большевики умеют пользоваться всякими услугами, объединяя столь широкий фронт, то Европа не поймет, что антибольшевистские силы отталкивают социалистов только оттого, что они социалисты. Вот почему союзники будут ждать перестройки самого правительства на новых началах; другого тона, в официозной прессе, вообще некоторых иных политических лозунгов. Если даже после всех испытаний такая политика окажется невозможной и неприемлемой для ваших правых элементов, для офицеров, и политический курс останется прежним, с резким отмежеванием от левых элементов, то я предвижу, что здешние левые элементы, которые с нами боролись, одержат над нами безусловный и решительный верх.