Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 412 – Василий Цветков

В Положении особо отмечалось, что «в тех случаях, когда Председателем ВВЦУ будет признано, что постановленное решение не соответствует пользе и благу Церкви, ему предоставляется право протеста, и в таковом случае дело отлагается до решения его Святейшим Патриархом или Поместным Собором». Подтверждалось, что дела «о канонизации Святых, об образовании новых епархий и наградные» из ведения ВВЦУ исключаются (образование новых епархий на Юге России произошло решением Собора, которое было утверждено епископским совещанием, а не единоличным решением ВВЦУ, которое до начала работы Собора только проектировалось). Исключения в награждениях допускались только к клирикам, а награждение епископата было решено «оставить до восстановления связи с Патриархом». Тем самым возможность канонических правонарушений исключалась, ВВЦУ должно было заниматься насущными организационно-правовыми вопросами, и говорить о потенциальной опасности «раскола» между Москвой и белым Югом не приходилось. Каноническая правомерность была обеспечена (как считалось) «приглашением» в его состав «всех Епископов, пребывающих на территории занятой ВСЮР». Пункт о «местопребывании» был скорректирован, в смысле «определения его самим Управлением, по соглашению с Главнокомандующим ВСЮР» (прежний пункт предусматривал обязательное местопребывание в «месте расположения высших военных и гражданских учреждений»). ВВЦУ переводилось на содержание бюджета, его члены получали «содержание из окладов, принятых в Добровольческой армии»^[663].

В условиях часто менявшейся линии фронта и в связи с переходом под контроль ВСЮР летом – осенью 1919 г. новых территорий Юга и Центра России, считалось важным разрешить вопрос об организационном подчинении епархий и викариатств, центры которых оказывались за линией фронта. Здесь было решено, что «в случае освобождения от врага (это слово заменило первоначальное – «от большевиков») территории, не могущей сноситься со своей епархиальной властью, ВВЦУ поручает эту территорию попечению соседней епархии». Отдельным пунктом предусматривалась возможность подчинения Управлению епархий Украины, хотя и без указаний на ограничение их автономных прав: «В эти области могут войти и епархии Украинской Церкви, автономия коей была признана Всероссийским Священным Собором, при том условии, что как только военные обстоятельства не будут тому препятствовать, Украинская Церковь восстановится в правах, дарованных ей Всероссийским Поместным Собором»^[664].

Следует отметить, что проходивший в октябре – ноябре 1918 г. в Киеве Всеукраинский Церковный Собор (на нем участвовало более 400 делегатов) многими рассматривался в качестве своего рода предшественника, аналога Юго-Восточному Собору. Председателем на Соборе был митрополит Антоний (Храповицкий), и в его работе участвовали главы всех епархий, оказавшихся в пределах Украинской Державы Гетмана П. Скоропадского. По мнению митрополита Антония, данный Собор был в какой-то степени «уступкой духу времени», когда для того, чтобы избежать «самостийности» и полного государственного и, возможно, канонического раскола (к этому стремились представители т. н. Украинской Церкви во главе с архиепископом Алексием (Дородницыным), следовало согласиться с максимально допустимой автономией.